За тридцать тирских шекелей

И Юздовскому это не давало покоя: не от пули ведь! Значит, какой-то дурной знак. Может, это его душа сохнет? Плохая примета, не к добру, однозначно! Грызло какое-то нехорошее предчувствие, как будто засохшее дерево во дворе – к беде. Хотя он никогда о такой примете не слышал. А потом добавилась еще одна мыслишка: сухое дерево в ухоженном саду бросается в глаза и вызывает подозрение – почему хозяин его не спилил, если во всём остальном поддерживает идеальный порядок? Придут из ОБХСС – обязательно начнут под ним копать!

«Да спилить его нафиг, и дело с концом! – наконец, решил Граф.

* * *В субботу с обязательным ежедневным докладом явился Кирилл Яковлевич Безелуцкий.

– Пока все спокойно, – деловито рассказывал заместитель. – Только какие-то люди возле магазина трутся: то парень с девушкой, то две девчонки, то мужик в шляпе… Похоже, покупателей фиксируют: кто пришел, кто вышел, что купил…

– Ты очередь создал для вип-покупателей? – спросил Юздовский.

– Объявление повесил, – кивнул Киря. – Только никто не записался. Кто же захочет «светиться» на баснословно дорогих покупках?

– Ну, и хорошо! Значит, не будем получать дорогие украшения! Зато все прозрачно, все честно!

Кирилл Яковлевич озабоченно почесал голову. Он не знал того, что знал директор, и думал, что тот просто страхуется. Но, как говорится – начальству видней!

– Хочешь, оставайся, шашлык пожарим, – предложил Феликс.

– Да нет, спасибо! Надо график отпусков составить, да в торг отнести.

– Ну, ладно, давай!

Только ушел Безелуцкий, как на старом «Москвиче» приехал Андрей. Аккуратно одетый, в выстиранном рабочем комбинезоне, пила «Дружба» и прочие инструменты в багажнике, лестница-стремянка закреплена на крыше.

Видно было, что он серьезно относится к «левой» работе, которая, в отличие от «правой», приносит ему основной доход.

– Смотри, Андрей, – предупредил Юздовский. – Нужно аккуратно, чтобы на беседку не упало.

– Сделаем! По частям спилю, как Толяну: сначала боковые ветки, потом ствол в три приема сверху вниз…

– Да, так и надо!

– Феликс, Тамара спрашивает, во сколько мясо ставить? – крикнула с крыльца Виолетта. Она была в облегающих лосинах под леопарда и коротком красном топике, открывающем подтянутый, без единой жиринки живот.

– Андрей, через сколько ты закончишь? – спросил у пильщика Граф.

Тот осмотрел дерево, посмотрел на часы.

– Два часа, максимум.