За тридцать тирских шекелей

– Вот смотри, – Лобов нарисовал на листке кривоватый домик. – Сюда твои кореша зашли. А ты остался снаружи, – он нарисовал рядом огурец с кружком вместо головы и четырьмя палочками на месте рук и ног.

Крот внимательно наблюдал, беспокойно ерзая на стуле. Почему-то рисунки, даже весьма далекие от художественного совершенства, оказываются для простых воровских натур более убедительными, чем самые логичные словесные построения.

– Они зашли и не выходят. Что тебе надо делать? Или ждать, или зайти и посмотреть! Так?

– Ну, так…

– А ты поворачиваешься и бежишь.

– Да ни в чем я не участвовал! – Крот в сердцах махнул рукой. – Меня тогда три дня в КПЗ продержали и крутили со всех сторон, но ничего на меня не нашли. Допросили как свидетеля и отпустили.

– А что ты в окно видел? – не успокаивался оперативник.

– В окно? – Крот замялся. – Вы что, в дурку меня засунуть хотите?

– Да нет, просто скажи.

– Я говорил уже корешам.

– Я поверю. Давай, рассказывай, что видел.

Крот посидел, глядя в пол, потом поднял глаза, как будто решился броситься в омут.

– Не было их долго. Я в окно заглянул, а там тусклый свет горит и стоит этот, ну, который весь в железе… Рыцарь, короче! И мечом машет: одного по башке – раз, и на две части развалил, второго наискось по плечу – и у того верхняя часть тулова съехала… Вот тут-то я повернулся и побёг, и даже не помню, как дома оказался.

– А кто ж это был? – доброжелательно спросил Лобов. – Что за рыцарь?

– А че? Верите, что я его видел?! Или прикалываетесь?

– Конечно верим! Ты ж врать не будешь…

Крот испытующе посмотрел на улыбающегося опера, и раздосадовано махнул рукой.

– Откуда я знаю, что за рыцарь? Рыцарей-то не бывает! Но я его там видел! Видел, как он мечом махал, видел, как он всех рубил.

– А с кем вы разбираться пошли?

– Да с кем… Приезжий один был, Голован кликуха. Он наших ребят на дело взял, а потом их сгоревшими нашли. Ну, ежу ясно – делиться не захотел, вот и пошли с него спросить…

– Ну, спросили?

– Похоже, он с них первым спросил. Да так, что никто не вышел.

– А где сейчас этот Голован?

Крот замялся.