За тридцать тирских шекелей

«Если бы страданиями души отделаться», – подумал Джузеппе. Он был растерян. Совсем недавно легко манипулировавший людьми, он с удивлением заметил, что не способен защитить сам себя даже в мелочах. Ему задавали простейшие вопросы, а он не мог ответить. Даже из семи смертных грехов вспомнил лишь пять – забыл гнев и гордыню… Судьи попросили прочесть различные молитвы – приходилось хитрить и многословно уворачиваться, чтобы не запутаться в тексте, не запнуться и не исказить слова. Словом, с самого начала он произвел плохое впечатление на черную стаю, возглавляемую белым председателем.

"– Позовите свидетелей! – приказал белый инквизитор.

В зал вошла босая Лоренца. Бледная, как мел, она осунулась и в значительной степени потеряла былую красоту. Возможно, этому способствовала измятая, порванная местами домашняя одежда. Калиостро сам был истощен судебным процессом, ночами почти не спал – мучили кошмары… Но, увидев жену, воспрял духом – уж она-то станет на его защиту!

– Принадлежит ли твой муж к тайному обществу франкмасонов? – строго спросил отец Скопио.

Калиостро напрягся, стараясь унять сердцебиение. Это серьезное обвинение, от которого он отрекался. И доказать его трудней, чем остальные…

– Да. Он показал мне несколько тайных знаков и сказал, что это масонские знаки…

Как будто каменный потолок обрушился на голову!

– А допускал ли он оскорбление Веры?

– Допускал, – Лоренца старалась не встречаться с мужем взглядом. – Он снял распятие, висевшее над кроватью, и вместо него повесил зеркало.

– Нет, мы не понимаем! – желчно сказал отец Уберто – крайний справа инквизитор с длинным острым носом. И с болезненным любопытством добавил:

– Что он хотел видеть в этом зеркале?

– Ну… То, чем мы занимаемся в постели… Хотя я была против этого…

– То есть плотские супружеские утехи?

Лоренца опустила голову.

– Да.

– Это греховный выбор! – нахмурился отец Умберто. – Замена распятия на низменные порочные сцены, которые хотя и допустимы между супругами, но должны происходить в темноте и под одеялом! Я вижу здесь оскорбление чувств верующих!

– Но этого никто не видел! – воскликнул Калиостро и охнул – стражник тут же ткнул ему в спину тупым концом копья.

– Ваша жена видела! – запальчиво возразил остроносый инквизитор. – А она была доброй прихожанкой, пока вы не сбили ее с правильного пути!

Джузеппе опустил голову. Возражения были бесполезны.