За что ты нас предал? (СИ)

- А что касается ребенка? Он может у меня его отнять? - спросила я.

Она покачала головой.

- Судья должен получить очень веские основания для того, чтобы забрать у родной матери малыша, тем более новорожденного. Даже суррогатным матерям дают право выбирать - не передумали ли они и действительно ли хотят отдать новорожденного биологическим родителям. Но есть такой аспект, как деньги… Они многое решают.

Увидев мой перепуганный взгляд, Мила замахала руками.

- Не слушайте меня, я зря вам это говорю. Уверена, что у нас все получится и малыш останется с вами.

Некоторое время мы молчали. Я нехотя пила травяной чай, Мила что-то записывала в своем блокноте. Я не знала, о чем еще рассказать ей, вроде и так поведала даже больше, чем было нужно.

- Мне страшно, - призналась я, когда поняла, что от понимания, что именно меня ждет впереди, по телу пробегает дрожь.

- Яна, не переживайте, я рядом, - улыбнулась мне Мила. - И мы не будем действовать нахрапом, обещаю. Сейчас вы очень уязвимы. Мы не будем торопиться. Все постепенно разузнаем и поймем, как нам лучше действовать.

Она постучала кончиком ручки по столу и сказала:"

"- А теперь к расписке. Вы не могли бы рассказать о ней подробнее? Мне нужно понимать, с чем я столкнулась и в каком формате ваш муж может потребовать денег с ваших родителей…

После встречи с Милой мне стало хоть отчасти легче. Наверное, так чувствует себя отчаявшийся человек, который впервые попал к психологу. После встречи с ним ощущает себя уже совсем не одиноким и знает, что на его стороне есть тот, кто поможет… Это немного приободрило.

К маме и папе я отправилась потому, что очень давно мы просто не садились на кухне их дома выпить чаю, не болтали обо всем на свете, как раньше. А еще очень соскучилась по ощущению, что я снова маленькая девочка, которую обожают и лелеют.

Входя же в двери их дома сейчас, я невольно задавалась вопросом: почему я была так слепа, раз не взяла на контроль понимание, на кого Вольский мог оформлять всю недвижимость, которую покупал? Ведь эта квартира могла быть тоже записана, скажем, на Виталия Вадимовича, и если я сделаю хоть что-то против, не останется имущества ни у меня, ни у моих родителей.

Тот кокон, в котором я жила, созданный, как мне казалось, заботливыми руками моего мужа, по сути превратился в удушливую паутину, оплетшую меня по рукам и ногам.

- Яночка! - обрадовалась мама, которая встретила меня у порога. - Как хорошо, что ты заехала.