Выживатель

 — Пообещал, что буду ее охранять, только так спать пошла.

— Молодец, правильно сделал, но на острове спокойно, можно уже не бояться.

— Я знаю, — пожал он плечами, поднимаясь с дивана. — Но я пока и сам еще побаиваюсь.

Дробовик он утащил в свою комнату, и я на сей счет тоже ничего не сказал. Если ему так спокойней, то пусть забирает. У меня тоже возле кровати помпа припрятана, и пистолет рядом хранится. И сейчас в кобуре другой пистолет. Все верно: знать — одно, но поверить в это на уровне подсознания — совсем другое.

"Следующее утро было похмельным, но при этом, к счастью, воскресным. Встал я после Янины и Сашки, разве что Ярек продолжал дрыхнуть. Он вообще полуночник, и если его не будить, то он день и ночь запросто перепутает. Будет сидеть за своей приставкой, которую он вывез вместе с кучей игр на яхту еще тогда, до утра, а потом спать до вечера. Поэтому я решил дать ему поспать еще часок, а потом все же разбужу.

Воскресенье заполнилось делами как-то само по себе — обычными домашними делами, мы же только устраивались. Дважды ездил к портовым складам, которые, к счастью, в выходные были открыты, и вез оттуда всякую нужную утварь домой, затем втроем, без Ярека, поехали на пляж. У сына уже появились приятели из школы, и он, оседлав велосипед, куда-то уехал с ними. Может быть, даже на другой пляж, но без нас. Вырос уже, что тут скажешь.

Больших длинных пляжей на Кюрасао нет, это мы успели узнать, зато здесь множество небольших, укрытых склонами «бокас», куда как раз и приятно выбираться семьей — ни настоящей толпы, ни шуму. Пляж был великолепен, даже в Испании подобных нет — с таким белым плотным песком, с такой синей водой, что поначалу даже не веришь в то, что это все настоящее. Как в обложку путеводителя тебя затолкали. Сашка, похожая на негатив со своими светлыми волосами и загоревшей до черноты кожей, от него была в диком восторге, к тому же сразу нашла компанию из детей своего возраста, так что нам с Яниной оставалось только приглядывать вполглаза за тем, чтобы дочка не рванула в воду и не поплыла куда-нибудь, куда глаза глядят, потому как с нее станется.

Шум волн убаюкивал, а соленая вода начисто смыла все последствия похмелья. Жара одолевала время от времени, но я прятался от нее в воде.