Всё не так, как кажется...

Некоторые из украшений мне были незнакомы, вероятно, их приобрели уже после моего бегства. Один крупный браслет вызвал невольный вздох — это любимый браслет Валли, который очень нравился и мне, но она всегда в шутку говорила, что не видать мне его на этом свете, как своих ушей. Значит, посмертный подарок любимой подруги. На самом дне ларца обнаружился футляр с колье из фамильных драгоценностей рода эль Бланк — жемчуг и бриллианты в оправе из платины, и там же — родовая печатка, та, которой я всегда пользовалась, запечатывая письма.

Только вот теперь, понятно, носить колье и пользоваться печаткой я не смогу. Лишь на память мог папа передать мне одну из фамильных драгоценностей, мою самую любимую.

— Вот теперь я окончательно уверился в том, что вы дочь лорда Маркаса — Иржина эль Бланк, — вывел меня из задумчивости голос императора. И он покачал пальцем одну из жемчужин-висюлек на колье.

— А нет больше Иржины эль Бланк, ваше императорское величество.

— Иржик! — воскликнул расстроенный Грег, порываясь встать, но замер, остановленный жестом его величества.

— А кто есть? — уточнил лорд.

— Не знаю. Я уже ничего не знаю, — не удержавшись, я все же моргнула, и император вздрогнул от упавших на его руки капелек.

— Ладно, все ясно. Документы вы получите сегодня же. Найтон, Эстель, вы же не против того, что у вас теперь есть приемная дочь Иржина?

— Нет-нет! — торопливо откликнулась леди Эстель.

Лорд Найтон просто молча кивнул, и император встал, жестом остановив меня и Лексина, так как мы тоже попытались подняться — сидеть в присутствии стоящего императора недопустимо.

— Учитывая сегодняшний стресс, я переношу прием во дворце на завтра. Сегодня отдыхайте, изучайте прессу, и… — Он поморщился и повернулся к маме Грега.

— Дагорн, погоди, — поднялся Себастьян. — Нужно поговорить. Пойдем ко мне, там спокойно все обсудим.

Братья ушли, а следом за ними и я сбежала, извинившись и объяснив, что мне необходимо недолго побыть одной.