Вот теперь ты пожалеешь, Кулакова!

— Но…я… — она растерялась от такого напора, — я думала мы еще посидим, поговорим.

— Дома, мама! Дома! Вечером я вся твоя! А сейчас пойдем быстрее, — подхватила ее под руку и потащила к выходу, не давая ей опомниться, остановиться, обернуть.

В зале на нас никто не обращал внимания. Все были заняты работой, и никому не было дела до того, как я чуть ли не волоком тащила маменьку к выходу.

К счастью, лифт оказался на нашем этаже.

— Ты уверена, что у тебя все в порядке? — осторожно спросила мама, пока мы спускались вниз.

– Да, да, — рассеяно кивнула, — вовремя вспомнила. Еще бы десять минут и все. По моей вине могла сорваться важная сделка.

Никакой сделки не было и в помине, но мамочке об этом знать не обязательно.

Я проводила ее до выхода, поцеловала в щеку, пообещав вечером не задерживаться и поспешила обратно.

***

К счастью, пока я бегала перед мамой, изображая из себя лучшего работника месяца, мое эротическое настроение сошло на нет, и я смогла наконец спокойно дышать, без томных спазмов в груди и еще кое-где пониже.

Теперь можно и поговорить.

Этот гад сидел под столом и самозабвенно уплетал пироги, принесенные мамой.

— Ушла? — прошамкал, слегка отклоняясь в сторону и выглядывая из своего укрытия.

— Ушла!

— Наконец-то. У меня чуть спину не свело от сидения в засаде, — с кряхтением выбрался на волю, разогнулся, потянулся, еще разок тяпнул пирожка и пошел к себе в кабинет, — ты моя должница, Кулакова.

— С чего бы это? — я ринулась за ним.

— С того. Я тебя спас!

— Ты меня облапал!

— Хочешь сказать, что тебе не понравилось? — серые глаза хитро блеснули.

— Нет, конечно! — фыркнула возмущенно, а кровь опять предательски прилила к щекам.

— Ну-ну, — хмыкнул он, опускаясь в свое начальническое кресло, — я так и понял. Прямо дрожала от отвращения.

— Гад ты Северный, — попыталась смерить его грозным взглядом, но не вышло. Стоило только глянуть на его лицо, губы и мысли снова поскакали в совершенно недопустимом направлении, — у меня же напротив мама сидела.

— Ага. Я слышал ее пламенную речь по поводу того, какой хреновый у тебя начальник.

— Мама бывает резка, но она не со зла…

— Мама твоя — великий манипулятор и попутно генерал в юбке. Так что я даже рад, что отсиделся под столом. Боюсь, если бы наш с ней разговор состоялся — тебя бы вообще перестали выпускать из дома, тем более на эту работу.