Воскрешенный любовник

Лэсситер покачал головой, впервые теряя игривый настрой и становясь чертовски серьезным:

— Ты бросаешь жребий, который может стоить тебе головы, Ви. Я знаю, что мы с тобой смотрим на вещи по-разному, но я хочу, чтобы сейчас ты услышал мое предупреждение.

— Я готов рискнуть.

— Почему ты не можешь допустить, то она все еще здесь, и закрыть уже тему?

— Это твой окончательный ответ?

— Это не ответ. Это простой совет.

Ви молча смотрел на ангела. После, казалось, целого часа, его ног коснулся мягкий теплый ветерок.

Когда все приняло форму эфира, Ви посмотрел на свои ботинки и обнаружил, что парит в воздухе.

— Сейчас ты можешь ответить мне, — сказал он ангелу, который так же, выпрямившись, левитировал.

— Фундаментальное нельзя разрушить. — Беззвучный ветер трепал длинные волосы Лэсситера. — Оно может трансформироваться в иные формы, но его нельзя разрушить. Для бессмертных, вроде Девины, энтропии не существует.

Ви нахмурился.

— Что с Омегой? Его уничтожили.

— Нет, ты перенес его энергию в другое место. Бутч предоставил тебе его сущность, а ты стал порталом в другое измерение, но ничто не умерло и не исчезло. Его просто больше нет с нами.

Покалывание спустилось по его позвоночнику и охватило единственное яичко.

— Значит Омега все еще где-то поблизости?

— Нет, я сказал же, он в другом измерении. У Создателя много реальностей. Та «реальность», в которой мы сейчас находимся, лишь одна из многих.

— Омега может вернуться сюда?

— Может, да. Может, нет.

Ви охватило чувство, что вопрос времени имел существенное значение.

— Значит, демон не погибла на том пожаре. Она все еще с нами, так?

— Огонь причинит ей лишь незначительные неудобства. С Книгой тоже самое. Это все, что я могу сказать.

Ви подался вперед.

— Что. Расскажи мне.

Ангел окинул взглядом молочную дымку вокруг них, и Ви осенило, что этот ландшафт — чем бы он ни было — сделан из того же материала, что и небеса над Другой стороной. Но эта мысль быстро покинула его. Лицо ангела было настолько напряженным, что Ви не завидовал парню… и не потому, что большую часть времени Лэсситер был полным идиотом…

— Бэтти Уайт[30].