Воскрешенный любовник

"

"Балз хотел возразить. Он хотел биться. Хотел получить проклятую Книгу и к черту Лэсситера. Но когда воины один за другим начали дематериализовываться, их сломанные тела с увечьями от теней исчезали, он тоже буквально выдохся.

Ангел был его единственной надеждой.

Признавая поражение, последнее, что Балз увидел, как светловолосый мужчина схватил демона и толкнул ее к стене. Их тела сплелись, а потом… Так и держа красные розы, мужчина склонил голову и поцеловал Девину так, будто ждал этого всю свою жизнь.

Балз собирался дематериализоваться. Но его тело покачнулось на ногах, зрение закоротило, и он не мог вспомнить, что собирался сделать и зачем. Лишенный надежды, без какого-либо плана, зная, что его пара умирает…

Откуда появился медный привкус в воздухе?

— О, черт, — услышал он Ви. — Господи, Балз, тебя ранили.

А. Ну что ж. Это объясняло запах…

Последняя его мысль была об Эрике.

Может, они встретятся в Забвении.

Буквально…

… через…

… мгновение.

Глава 49

Ровно за девять минут до того, как Девина появилась в здании в центре города, ровно за тринадцать минут до того, как Сэвидж привел Бальтазара в подземный коридор, Рэйвин в последний раз вернулась в Дом Лукаса. Она тщательно спрятала свою ношу под курткой, и, отметившись у соцработницы, поднялась наверх. У своей заправленной кровати, с идеально гладким покрывалом и аккуратно сложенными подушками она достала то, что призывало ее.

Книга была теплой, и когда она положила на фолиант свою ладонь, обложка стала еще теплее, словно тепло ее тела слилось с теплой Книги.

Соблазн открыть том был настолько сильным, и Рэйвин ощутила, что Книга хочет, чтобы она подняла обложку, страницы в переплете шелестели в нетерпении.

Она — живая, — осознала Рэйвин. Живая, несмотря на отсутствие дыхания и сердцебиения.

— Ты принесла всем много проблем, — сказала она.

Обложка под ее ладонью содрогнулась, словно в искреннем покаянии.

— Я знаю, что ты не хотела.

Она провела рукой по корешку Книги.

— Поэтому ты взывала ко мне, ведь так? Ты знаешь, что натворила много бед, и ты устала от того, что тебя используют.