Проданная Истинная. Месть по-драконьи (СИ)

После всем корпусом развернулся ко мне. — Надо похоронить его, Анте. Дать его душе вознестись к богам на крыльях пламени. Даже дракон не может держать форму спустя месяц после смерти.

С трудом подавила рвущееся из сердца раздражение. Я знаю! Я не сошла с ума от горя. Ученые вроде меня с ума не сходят. Просто… Просто пусть пока Анвар побудет в нашей спальне.

Я запретила трогать его тело. Менять простыни, переодевать, передвигать мебель, убирать вещи. Своими руками закрыла покои на тяжелый золотой ключ и подвесила его на шею рядом с медальоном.

В глубине души, я понимала, что долго так продолжаться не может, поэтому спешила."

"План оформился не сразу, но вот уже три недели, я старательно сжимала кольцо атак возле Велеша. Город был полностью эвакуирован, а Гнездо выстоит. Я позабочусь об этом.

— Завтра его душа и так вознесется, — сказала равнодушно. Мы собрали перевертышей около Гнезда, и уже завтра здесь не останется ни живых, ни мертвых.

Кастор внимательно вглядывался мне в лицо. Чуял ложь, но не все же не мог ее распознать.

— Из Гнезда осталось эвакуировать только прислугу, — медленно согласился он. — Вина нет?

Молча поднялась, отыскивая запечатанную амфору с каким-то редким алкоголем. Принесла когда-то для себя. В те дни, когда еще верила, что смогу оклематься. Напиться, наплакаться, переспать с красивым дракониром, выкорчевать из памяти ночи с Анваром.

Но заплакать я так не смогла.

Вот Кастору охотно налила.

— Не напивайся только, — заставила себя растянуть губы в улыбке.

Он рассмеялся и начал показывать на карте точки сегодняшних атак. Я смотрела с искренним интересом — мой безумный план работал.

— Смотри, прислуга, военные и ты с отрядом, уходите подземным ходом в десять утра, а на час запланирована первая огневая волна. К тому времени перевертыши уже вскроют Гнездо. Им как медом тут намазано.

— Конечно.

Двойная ложь. Гнездо нельзя уничтожать. Оно нужно мне, народу и богине. Гнездо Фалаш должно остаться даже после нашей смерти.

Кастор был измотан настолько, что я уложила его на собственную кровать, и он с трудом сообразил, куда его отвели. Сама устроилась в кресле, но так и не смогла заснуть.

А в четыре утра, когда только началась первая суета, спустилась к подземному хожу под замком и усадила в карету, закутанную в белые шелка Лале.