Проданная Истинная. Месть по-драконьи (СИ)

Я уехать отсюда хочу, вот прямо сегодня хочу!

Но даже я при всей своей прямоте понимала, что от предложений такого рода не отказываются. Никакая Академия не защитит меня от императрицы.

Как-то враз я ощутила на себе десятки взглядов — от студентов, от рыцарей императрицы, от Лаххе, даже от Анвара. Ветер. Утреннюю прохладу. Песчинки под подошвой. Последний глоток свободы перед вечной клеткой.

— Вейра Анте не смеет ответить согласием, — мягко сказал Анвар. — Вчера она стала удостоверенной клана Фалаш, полагаю Анте уже подписала бумаги.

Он привлек меня к себе, чтобы ни у кого не осталось сомнений, что у нас отношения патрона и благодарной иномирной сиротки. Я ткнулась ему в теплый бок и застыла, плохо понимая, что происходит.

Императрица чуть нахмурилась, но обратилась ко мне с улыбкой:

— Если бумаги еще не подписаны, обдумай мое предложение. Я дам тебе титул не ниже графского и поместье на плодородном юге за пару лет доброй службы.

От ярости меня окатило жаром, после бросило в дрожь.

"Конечно, Анвар неслучайно встретил меня на смотровой башне. Всей Академии известно, что я часто задерживаюсь в зельеварных до утра, а после стартую со смотровой башни на плац. Боевку всегда ставят первым уроком.

Если предположить, что герцог способен отозвать своих зубастых семейных чудищ на расстоянии, то можно до минуты рассчитать время прилета императрицы. Мы были обречены встретиться.

Я была обречена.

А я-то расслабилась, поверила, что нелюбовь защищает меня от беды.

С ненавистью посмотрела на Анвара, но поймала только ледяную усмешку, которую видела много лет назад. На собственной свадьбе.

— Еще вчера бумаги подписала, Ваше Величество, — сказала без улыбки.

Это был выбор между плохим и очень плохим, и я его сделала.

Несколько долгих секунд в гробовой тишине императрица смотрела мне в глаза, а после резко развернулась и прыгнула, обращаясь в дракона.

22. Метка

В комнату я вернулась притихшая и оглушенная.

Анвар улетел вместе императрицей, а я осталась стоять на плацу, по колено в наметенных ветром каких-то веточках, песке, цветочных лепестков из сада. В том, что вернется он с бумагой в вензелях и печатях, не было никаких сомнений.

Уже к ночи я стану собственностью герцогской семьи Фалаш.

Было тихо, в комнате царил солнечный свет и покой.