Во все тяжкие

Мой организм крайне странно реагирует на нашу близость: пульс учащается до барабанного боя.

Он слегка улыбается, неприлично долго рассматривая мои губы. Его зрачки расширяются, и я буквально физически чувствую, как воздух начинает сгущаться.

Что-то среднее между кашлем и вдохом вырывается из моих губ, и я отвожу глаза.

– Да, спасибо, – отстраняюсь, делая шаг в сторону.

Мои руки так трясутся от нервов, что заявление об увольнении выскальзывает из пальцев и летит на пол. Мужчина вновь оказывается быстре и первым наклоняется поднять бумагу.

На миг мы застываем, глядя друг на друга. Повисает пауза. Секунды ползут, потрескивая от нарастающего напряжения.

– Может, кофе? – спрашивает тот, второй, с искринкой в голосе.

– Конечно, – Виктор Борисович тянется к телефону вызвать секретаря.

Я протягиваю руку, чтобы забрать своё заявление, но, к моему ужасу, Александр его быстро комкает и, сжав в огромном кулаке, убирает к себе в карман.

Во мне вспыхивает гнев и возмущение."

"Да как он смеет? Что за цирк устроил, придя сюда?

И как ему, вообще, удалось найти меня?

Вариантов не так много. Мерзавец либо узнал, на кого был забронирован номер в гостинице. Либо взломал мой компьютер и вычислил айпи владельца, чтобы начать шантаж.

Даю себе мысленный подзатыльник. Знала же, что небезопасно заходить на сомнительные сайты.

В каком страшном сне я могла пойти на такое?

Я, которая всё привыкла просчитывать на несколько шагов вперёд.

– Сейчас будет кофе, – улыбается нам ни о чём не подозревающий шеф.

– Отлично, – нахал возвращается к столу.

Не могу понять, то ли он великий актер, то ли великий лжец.

– Астея, Александр Дмитриевич – президент инвестиционного холдинга «Оазис». Они очень заинтересованы в проекте по разработке оптических технологий, над которым ты сейчас работаешь.

Точно взломал мой компьютер!

– Понятно, – стараюсь улыбаться, но все силы уходят на то, чтобы просто стоять на ногах.

– Я пригласил к нам завтра на презентацию гостей, где ты с коллегами подробнее расскажешь о ваших разработках.

Из моего горла пытается вырваться крик отчаяния, но я удерживаю его, прикусив губу.

– Конечно, Виктор Борисович, – покорно соглашаюсь.

– Мне будет очень интересно познакомиться поближе, – на лице жалкого актёришки мелькает чуть заметная усмешка, впрочем, он пытается сохранить невозмутимость.