Везучая Натали

Но он все же заставил себя договорить. Он никогда не оставлял дела незавершенными.

— Сожалею о том, что лекарство можно изготовить только из переработанного материала. Тебе придется умереть, моя девочка.

По лицу Натали никак нельзя было определить, понимает ли она то, что слышит. Она как будто была совершенно спокойна, стояла, склонив голову набок, разглядывая человека, которого долгое время считала отцом.

— Так ты всегда знал, что растишь меня как теленка на убой? — спросила она тихо. — Восхищаюсь твоей выдержкой.

Думаю, что я выросла такой стервой, потому что всегда в глубине души чувствовала, что за всей твой заботой не стоит настоящей любви. Так любят зверушек, но усыпляют, если они начинают доставлять неприятности. Ради их блага, конечно. И, как понимаю, нас всех надо разобрать на запчасти, чтобы получить мифическое лекарство? Так вот, зверушки отказываются умирать!

Она начала говорить спокойно, но к последней фразе уже дрожала от неконтролируемой злости.

— И знаешь, у меня сюрприз для тебя, папочка.

Это ты сегодня умрешь! Мирта, Альберт, Айвон — вперед!

Скандор вдруг ухмыльнулся, и Роланд почему-то только в эту секунду понял, что человек, который достиг таких высот в обществе за такой короткий срок, никогда не смог бы сделать это честным путем. Он всегда уважал Скандора Флина, но, видимо, слишком мало его знал. Ведь даже сейчас, прикрываясь всеобщим благом, представляя себя едва ли не мучеником: как же, ведь он жертвует дочерью, — на самом деле хотел спасения только своей жизни.

Он очень и очень болен, времени у него осталось совсем мало, Роланд теперь отчетливо это видел и удивлялся, как не смог разглядеть раньше. И заметив, что Мирта, Альберт и Айвон делают шаг вперед, понял, что не станет его защищать.

Однако то, что случилось дальше, явилось полной неожиданностью для всех.

— У меня для тебя тоже сюрприз, Натали. Думаю, ты очень удивишься.

И Скандор вдруг повернулся к Роланду. Лицо его было лицом человека, который вдруг сорвал джек-пот в тот момент, когда все уже начинали жалеть бедолагу, спустившего все до гроша.

— Черная звезда, — сказал он.

Ключица Роланда, под которую был введен чип, вспыхнула огнем. Ему показалось, что руку вырвали с мясом, так сильна была боль. Но секундой позже Ройл понял, что боль — не самое страшное.

Все его тело наполнилось жаром, разум поплыл. Он терял сознание, но находясь уже где-то на грани, догадался, что именно с ним сделали.