Везучая Натали

Плитка пола, по которой они ступали, под их шагами сначала издавала отдельные ноты, которые потом слились в странную, отрывистую, но удивительно гармоничную мелодию. Над головой ничего не было, кроме синего неба и яркого солнца — голографическая иллюзия, конечно, но какая!

— Ого, — выдохнула Мирта. — Вот ты богачка, Ната.

— Не я, мой отец, — кратко ответила та.

Натали, кажется, единственную не занимали ни рыбы («Очередные мутанты», — брезгливо подумала она), ни музыка («Фу, дешевка»), ни остальная мишура, расставленная здесь, словно сеть, в которую должны попадать богатенькие клиенты.

План показывал, что дальше надо подняться еще выше на лифте, но они не успели зайти в него, потому что сзади их внезапно нагнал давешний охранник.

— Стойте. Я тебя узнал!

Роланд первым делом подумал, что охранник обращается к нему, но взгляд мужчины был устремлен на Натали. «Вот…!!» — мысленно выругался Ройл, прокручивая в голове приемы, которые позволят быстро вырубить охранника и просчитывая шансы.

— Мирта, — тихо, почти одними губами произнесла Натали.

"Мирта кивнула, и в ту же секунду свет померк. Голографическое солнце выключилась, как обычная люстра. И даже серебристые искры, плавающие в воде, помутнели. Однако кое-где пробивался естественный свет — панели на потолке оказались подогнаны не плотно, свозь узенькие полоски проникали лучи настоящего солнца. Света было очень мало, но достаточно, чтобы увидеть, что охранник выхватил оружие — игтис, такой же, как был у Роланда. Ройл шагнул вперед, чтобы принять удар на себя.

— Подожди, — мягко сказала Ната, выходя вперед, и, хотя Роланд положил уже ей руку на плечо, чтобы вернуть в безопасное место, она успокаивающе накрыла ее ладонью. — Подожди, Ройл. Сирены.

Она все так же не поднимала голоса, но Сирены поняли и с двух сторон вышли вперед, тихонько напевая. Выглядело это так, словно девчонки то ли хотят пошутить над охранником, то ли не от мира сего.

— Что?.. — начал он, но как-то растерялся, словно позабыл слова. Одна из Сирен продолжала петь, все громче и пронзительней, так что у Ройла заломило мозг, как бывает, когда кто-то рядом водит острым предметом по стеклу. Другая из девушек произнесла, общаясь к мужчине:

— Отдай оружие.

Голос ее был словно шорох бумаги на ветру, почти неразличим среди песни, что пела ее напарница.