Венерин башмачок

Она сейчас говорила с Петровым как с коллегой. Или как с родственником.

— Вы должны убедить Ларису вернуться домой. Я не в состоянии. Не наручники же на нее надевать.

— Какой срок?

— Семь недель, — машинально ответила Инна Викторовна.

Петров надолго замолчал, уставившись в костер, а Инна Викторовна продолжала жаловаться на племянницу, брызгая слюной.

Наконец Петров сумел вынырнуть из своих мыслей и взглянул на Инну Викторовну.

— Я не обещаю, что уговорю ее вернуться, но… Я могу пообещать вам проследить, чтобы Лариса Николаевна не делала ничего такого, что может повредить беременности.

— Правда? — Инна Викторовна вцепилась взглядом в Петрова. Она словно мысленно примеряла на него ту роль, о которой он только что заявил. Потом с сомнением проговорила: — Пожалуй, это единственное, что мы можем сейчас сделать. Одна надежда на вас. Я вам честно скажу: эта беременность — долгожданное счастье для Ларисы. Она десять лет не могла забеременеть.

— Да вы не волнуйтесь. Я сделаю все, что смогу, — перебил Петров.

Инне Викторовне ничего не оставалось, как только распрощаться и уехать. А Петров еще долго бродил вокруг костра, с хрустом ломая ветки.

* * *"

"Инна Викторовна возвращалась в город с твердым намерением заглянуть в юридическую контору к Станиславу Захарову. У нее просто зудело все внутри. Она представляла, как вытянется его круглое лицо, когда он узнает, что скоро станет отцом. Очень будет кстати, если рядом окажется его мымра.

Инна Викторовна так живо представила эту картинку, что не сразу отреагировала на мелодию мобильника.

— Лиза приходила на УЗИ? — не давая ему сказать, поинтересовалась Инна Викторовна. Она не то чтобы не доверяла Умару, который уже провел обследование Лизы, скорее хотела убедиться еще раз, что все в порядке.

— Н-да, — замялся Кузин, и Инна Викторовна решила остановиться. Припарковалась в первой подворотне, услышав заминку в голосе Кузина.

— Говори все как есть, — не узнавая собственного голоса, потребовала Инна.

— У Лизы все в порядке, — поспешил заверить Кузин. — Я не по этому поводу звоню. Верховцева сегодня в два скончалась.

Инна молча слушала.

— Тут ее муж… Вы сами с ним поговорите или это сделать мне?

Инна Викторовна подумала:

— Поговори сам, дорогой. А завтра я отдам документы.

Инна Викторовна еще некоторое время сидела без движения, а потом вывела машину на дорогу. Да, она все правильно сделала.