Ватага. Атаман

– Молоко от бешеной коровки, – забрал у него самогон Егор, сделал пару глотков и заткнул пробкой. – И вот еще что, Кривобок. Я не спрашиваю, куда делись стволы, которые мы тут вместе изобретали. Все едино это не то, чего мне хотелось. Но чтобы про эти порозы… Никому ни единого слова, понятно? Ни продавать, ни хвастаться, ни даже показывать никому, кроме меня!

– Как скажешь, княже, – склонил голову кузнец.

– Не шучу, – с нажимом произнес Егор.

– Понимаю, князь, – ответил Кривобок.

– Коли понимаешь правильно, будешь жить долго.

– Так Рождество же, княже! – возмутился кузнец. – Работать грех!

– Это завтра грех. А сегодня можно. И даже нужно, – рассмеялся Егор. Подумал и протянул флягу мастеру: – Вот, держи. Ты мне подарок к Рождеству сделал, и я тебе. С наступающим, Кривобок. И помни, я на тебя надеюсь!

В посаде уже полным ходом шла предпраздничная суета.

Веселая Елена встретила мужа сразу за воротами, поцеловала, закружила и шепнула в самое ухо:

– Я все придумала!

– Что?

– Как нам добиться признания от Василия, – широко улыбнулась она.

Своей идеей княгиня поделилась только поздним вечером, когда супруги, потушив свечи, устало лежали в постели.

– Знаю я, что делать, – распластавшись на Егоре, словно на тахте, сказала Елена. – Деревни нужно дальние от Москвы разорять. Грабить, жечь, смердов побивать.

– Зачем? – не понял Егор.

– У великого князя средь челяди не токмо Нифонт наш поганый прячется.

– Не понимаю, – покачал головой Егор.

– Чего тут не понять? Челядь будет князя склонять миром все решить.