Плутовка

Но совсем недолго. Если бы я мог…

Она дотронулась до его щеки:

— Я знаю.

Он двинулся вперед, полностью войдя в нее. Генри вдруг замерла от внезапной резкой боли, пронзившей ее.

Он мгновенно замер, поднявшись над ней на локтях.

— Было больно? — обеспокоено спросил Данфорд.

Она покачала головой.

— Не очень. Только… теперь уже намного лучше.

— Ты уверена, Генри? Ведь я могу не продолжать.

По выражению его лица можно было понять, как трудно ему было бы остановиться. Она чуть улыбнулась:

— Просто поцелуй меня.

И он поцеловал.

Это уже было слишком, казалось, вынести подобное просто невозможно и… все было кончено.

Странное напряжение, охватившее все тело, отпустило, и сразу стало легко и безмятежно, тепло волной разливалось внутри нее.

Ее голова упала набок, и сквозь сжатые веки она чувствовала на себе пристальный взгляд Данфорда. Он смотрел на нее, она это точно знала, и глаза его говорили о том, как сильно он ее любит.

— Я тоже люблю тебя, — выдохнула она. Данфорд не мог и предположить, что способен на такую трогательную нежность, и ее негромкое признание в любви проникло в самое его сердце. Он уже не мог точно вспомнить, на что рассчитывал, когда пришел к ней в комнату. Наверное, подсознательно он надеялся, что близость между ними станет возможной, но даже не подозревал, что испытает такую радость, сделав ее счастливой.

Данфорд держался на локтях и смотрел, как Генри постепенно приходит в себя, возвращаясь на землю. И медленно, с огромным сожалением оторвавшись от нее, лег рядом.

— Генри удивленно открыла глаза. — Я не хочу, чтобы ты забеременела, — прошептал Данфорд. — По крайней мере не сейчас. Когда придет время, я с большим удовольствием буду смотреть, как ты полнеешь.

От этих слов она вздрогнула, настолько эротичными они ей показались.

Он наклонился к ней, поцеловал в нос и потянулся за своими вещами.

Генри прижалась к нему:

— Пожалуйста, не уходи.

Он откинул прядь шелковистых волос с ее лба.

— Ты даже не представляешь, как мне хочется остаться. По правде говоря, то, что случилось, для меня самого полная неожиданность, — Данфорд хитро улыбнулся, — но не могу сказать, что сожалею об этом.

— Но ведь ты не…

— Придется подождать, дорогая.