Плутовка

Она кивнула в ответ, веря, что Данфорд никогда не сделает ей ничего неприятного. Ей будет хорошо. Ей будет хорошо.

Генри ошиблась.

Она чуть не закричала от захлестнувшего ее удовольствия, когда он коснулся ее. «Хорошо» не могло описать даже доли того, что его пальцы сделали с ней. Это было слишком хорошо. Ее тело не могло выдержать эту сладкую пытку, она начала двигаться прочь от него.

Данфорд улыбнулся, понимая происходящее с ней.

— Ты оцарапаешь себе спину о ковер, — попытался пошутить он.

Генри посмотрела на него затуманенным взором, она была настолько поглощена этим новым ощущением, что ей потребовалось некоторое время, чтобы вникнуть в смысл его слов.

"— Помнишь, я предостерегал тебя насчет кровати, — прошептал он, — но не могу же я не позаботиться о твоей коже?

Она чувствовала, как утопает в перинах, и вот он уже снова был сверху, обжигая ее жаром своего тела. Его рука тут же соскользнула вниз, где была минуту назад, лаская и нежа ее, приближая к сладостному забвению.

— Данфорд, — задыхаясь произнесла Генри. — Я… ты…

Она чувствовала, как утопает в кровати под тяжестью его тела. Он был твердым и разгоряченным, и она, уже не в силах контролировать свои действия, обвила его ногами.

— О Господи, Генри, — простонал он. — Ты так готова. Я не хотел… Я даже не думал…

Генри уже было совсем безразлично, о чем он думал. Сама она могла думать только о мужчине, в чьих объятиях сейчас была, о мужчине, которого любила.

— Генри, я хочу тебя, — простонал он. — Сейчас. — Его руки уже были на ее груди, ягодицах, бедрах. Они двигались быстро и легко, будто он хотел дотронуться до каждого дюйма ее шелковистого тела.

Данфорд нежно взял ее бедра и раздвинул их, застонав от наслаждения.

— Генри, я… я… — Он никак не мог закончить начатой фразы, но она все поняла по его глазам и молча кивнула.

Он медленно двинулся вперед, преодолевая сопротивление ее нежной плоти.

— Тс-с, — прошептал он. — Постарайся расслабиться.

Генри кивнула. Она и представить себе не могла, что нечто таких больших размеров может уместиться в ней. Это было так приятно и вместе с тем так странно.

— Генри, — прошептал Данфорд, и его лицо стало очень озабоченным. — Может быть немного больно.