В ловушке времени

— Как это так получилось, что ты нашла это письмо сразу же, а трое или даже четверо мужчин проискали его целую неделю, и безрезультатно?

Эллен не знала, что и сказать. И тут Натаниель нашел и сжал ее руку и спокойно ответил вместо нее:

— Видите ли, Эллен обладает одним свойством, которое есть далеко не у всех. Сегодня вечером кое-кому понадобилась ее помощь — и он ее получил.

Все увидели, как она побледнела. Неприятно, конечно, и все же она была благодарна Натаниелю за то, что он взял на себя труд все объяснить.

— Сегодня вечером Эллен видела утопленника, вернее сказать, слышала.

Мы тоже слышали тяжелые шаги, но гораздо позднее, а в первый раз их слышала только она. Мы предполагали, что это Эгиль, хотя и не понимали, как он это проделывает. Но мы ошибались! Будь это Эгиль, мы бы услышали этот ужасающий топот с первого раза, мы должны были его услышать, но не услышали. Эллен увидела следы, которые до нее видели многие другие, они привели ее в салон под кормой. Наверняка Эгиль заметил, как она спускается вниз, и тогда он запер дверь…

Натаниель замолк.

Тут что-то не состыковывалось. Ведь Эгиль искал конверт. Зачем же ему было запирать дверь в салон, где всего вероятнее находился тайник, — Фредриксен-то был убит именно там!

— Вы не обождете минуту-другую? Я должен переговорить с моей родственницей Тувой, — сказал он с металлическими нотками в голосе. — Тува, давай-ка выйдем!

Ему не хотелось заставлять ее отчитываться на людях. Сперва надо было выяснить, что же произошло в действительности.

Крепко ухватив Туву за руку, он потащил ее за собой, к машине, благо она была припаркована совсем рядом.

Чуть ли не силком усадив ее на сиденье, он остервенело хлопнул дверцами и заорал:

— Я хочу знать в точности , что ты натворила на пароме. И чтоб безо всяких уверток!

— Натворила? — искренне удивилась Тува. — Я ничего такого не делала.

— Ты же вечно где-то пропадала.

— Когда это ты успел заметить? — язвительно сказала она. — Ведь ты ни разу обо мне не справился."

"Натаниель почувствовал себя бесконечно виноватым.

Он переменил тон:

— Братья Странн говорили, что мы, мол, и не подозреваем, что ты с ними сделала. Что ты сделала?

— Да ну, — пожала плечами Тува. — Ничего особенного. Подбросила Бенту ящик с пивом, когда его залило. Это что, преступление? Ну а он, естественно, разозлился. — Вспомнив, как было дело, она усмехнулась. — А еще я наколдовала ему рака, прямо в штаны, потому что он обозвал меня уродиной.

Пока что придраться было особенно не к чему.