В Коктебеле никто не торопится

 – Я скажу, что ты зашла сюда выпить коктейль, и мы просто разговорились. Иди же. Быстро."

"Полина не заставила просить себя дважды. Вскочив со стула, она быстрым шагом двинулась к выходу с территории «Белого грифона», старательно сдерживая себя, чтобы не пуститься наутек. Она ощущала жесткий мужской взгляд, прожигающий ей спину, и ей было отчаянно стыдно, что, похоже, она оставляла красавицу Ларису в неведомой ей, но неминуемой беде. Как будто бросала один на один с чудовищем.

Легенда о Кара-ДагеКаждый знойный вечер на протяжении всего лета разливался над Черным морем стройный хор нежных девичьих голосов.

Молодые красивые девушки возвращались из Отузской долины, где собирали спелый сладкий виноград.

Путь их лежал через ущелье в Черной горе, и каждый раз, приближаясь к нему, опасливо замолкали девушки, пытаясь пройти мимо Черной горы – Кара-Дага побыстрее, пока не спустились на землю летние сумерки.

Знали они, что в самых недрах Черной горы жил одноглазый великан. Мало того, что слыл он людоедом, так еще и предпочитал выбирать себе жертв именно среди молодых красавиц.

Спасало девушек лишь то, что весь день до захода солнца спал великан в своей огромной норе. Храпел он так, что раскаты грома разносились по голубому небу. А уж если ворочался во сне, то Черная гора начинала дрожать до основания, а из находящегося на ее вершине кратера валил черный дым.

Лишь после наступления темноты вылезал великан из своего укрытия. Подкарауливая жертву, ревел он страшным голосом, пугая ее и сбивая с дороги.

Оглушительные раскаты слышны были во всех близлежащих деревнях, и тогда все окрестные жители в страхе прятались по своим домам, зная, что великан вышел на ночную охоту. В ужасе дрожали женщины, отцы скрывали своих дочерей, братья – сестер.

Все лето, чтобы задобрить великана, привязывали жители у подножия горы барашков и поросят, овец и быков. Но осенью, когда заканчивался сбор винограда, и стихали девичьи песни над Отузской долиной, переставали устраивать великана эти скромные дары.

Каждую ночь ревел он так, что камни начинали скатываться с Черной горы, и жидкий огонь, зажженный его единственным глазом, начинал вырываться из горловины горы. Огненная лава и каменный поток сметали все на своем пути, разрушая хижины и дома. И не было никакого спасения от этой напасти, пока не решали крестьяне на деревенском совете, какую именно красавицу принести в жертву чудовищу. Связанную девушку оставляли на скале, и только после этого успокаивался великан.