Отбор для Черного дракона

Пусть слабо и нерешительно, но это уже была прежняя Лилли.

— Похоже, наш предок к нам сегодня благосклонен, — удовлетворенно произнес Рион. — Добро пожаловать на Королевский Отбор, принцесса Лиллиан!

— Спасибо! — отозвалась та все еще слабым голосом.

— Но долго она на нем не задержится, — предупредил Видар.

— Я и не собиралась, — и она прижалась к нему еще сильнее.

А я… Я же почувствовала себя абсолютно счастливой. Впервые за последние пять лет. Настолько, что согласилась принять от Риона защитный амулет, который под его настойчивым взглядом повесила себе на шею.

Услышав это, попыталась отказаться, заявив ему, что не могу принять подобную вещь. Но Рион был крайне убедителен. Сказал, что покушения на избранниц могут продолжиться, и, пока не закончится Отбор, а он не поймет, кто за этим стоит, мы все еще в опасности.

Он же не собирался мною рисковать. Этот амулет давал дополнительный резерв, который можно использовать, даже если носитель полностью лишен магии.

— Спасибо, — поблагодарила его. — Я обязательно верну его перед тем, как поеду домой в Несмайр.

— Посмотрим, — туманно произнес Рион, — куда ты поедешь и где теперь будет твой дом.

— А тебе не кажется, что иногда ты бываешь излишне самоуверенным? — нахмурившись, спросила у него.

Но принцу Улайда ничего подобного не казалось.

* * *"

"Впрочем, одно я знала наверняка — все происходящее на Отборе было лишь мышиной возней по сравнению с надвигающейся на Старый Замок — на Ализею, на весь мир! — опасностью. Потому что, когда мы взлетели — два Черных Дракона, на спине у одного из которых сидела Лилли, и одна Красная непослушная драконица, воодушевленная поцелуем Риона — вернее, его попыткой меня поцеловать, — и сделали круг над низиной, то я с ужасом осознала, что Энтропия почти полностью поглотила озерцо, потерявшееся в радужном тумане.

Очень скоро она доберется до перевала, а затем уже — прямая дорога до Старого Замка и столицы Улайда.

Глава 8

Лилли спала в моей комнате — беспокойно металась по кровати и стонала, из-за чего я частенько просыпалась и ее успокаивала. Но утром она так ничего и не вспомнила — ни того, что произошло с ней в Радужной Энтропии, ни того, что видела во сне. Сказала лишь, что ее всю ночь мучили кошмары.