Убийство в Эшли-Грин

– Этот разговор был неприятным, мистер Мезурье?

– Неприятным? Я не совсем…

– Между вами и мистером Верекером произошла ссора?

– Да нет, господи! – воскликнул Мезурье. – Верекер был в то утро слегка раздражен, но мы не ссорились. С какой стати?

Ханнасайд отложил свои записи:

– Думаю, дело у нас пойдет быстрее, если скажу вам сразу, мистер Мезурье, что в моем распоряжении находится письмо, касающееся вас. Мистер Верекер написал его адвокату фирмы в субботу. Можете прочесть, если хотите.

Мезурье протянул руку за письмом и сказал:

– Это… это не почерк Верекера.

– Почерк мой, – сказал Ханнасайд. – Это копия.

Мезурье, слегка покраснев, прочел письмо и положил на стол.

– Не знаю, что вы хотите от меня услышать. Это совершенно ложное утверждение…

– Мистер Мезурье, пожалуйста, поймите меня! Поднятый в этом письме вопрос меня не касается. Я расследую не состояние счетов этой компании, а убийство ее председателя. Судя по содержанию письма, ваш разговор с Арнольдом Верекером в субботу утром не мог быть приятным.

"– Эта мерзкая тварь Роза Миллер! – вспыхнул Мезурье. – Конечно, если вы собираетесь ей верить… Она вечно мне пакостит. Это беспардонная ложь, что мы ссорились. Верекер напустился на меня, не стану отрицать – он был в дурном настроении. Он даже обвинил меня в присвоении денег. Вряд ли нужно говорить, что это полнейшая нелепость. Честно говоря, я оказался в слегка неприятном положении – одолжил немного денег фирмы, чтобы справиться с затруднениями.

– Поскольку узнал, что вы заключили помолвку с его единокровной сестрой?

– Его это совершенно не касалось! – торопливо сказал Мезурье.

– Кажется, он считал, что его это очень даже касается, – суховато заметил Ханнасайд. – И угрожал разоблачить вас, так ведь?

– Да чем он только не угрожал мне! – ответил Мезурье. – Однако не могу сказать, что воспринимал это всерьез. Я прекрасно знал, что он не станет подавать на меня в суд, после того как все обдумает. Это было бы слишком глупо.

– Так ли? – спросил Ханнасайд.