Ты жена мне, помнишь?

– Ты не говорила ни мэтру Селестино, ни Рэйму, что не помнишь, кто ты, – наконец произносит он. Да, по-прежнему недоверчиво, но ощутимо убавив тон.

– А вы бы в таком признались тем, кого первый раз видите? – жалобно кривлюсь я в ответ. – Мне было больно и страшно. Мэтр Тино сказал, что… моё сердце остановилось. Я была мертва… понимаете… и сейчас я не знаю, что происходит и кому доверять… и всё вокруг чужое.

Вспомнив всё, что довелось пережить... мою смерть... испуг и панику, когда очнулась... я чувствую, как подкатывает к горлу ком, а глаза начинает щипать от непролитых слёз.

Мне и сейчас страшно. Очень страшно. Но я готова держаться за свой второй шанс зубами.

В глазах сидящего рядом мужчины неожиданно мелькает искреннее сочувствие и сожаление. Он даже подаётся ко мне, будто обнять хочет. Но что-то его останавливает. Возможно то самое требование скромницы Анны. Глупая девчонка была. Живи она с мужем, может, и жива бы осталась.

– Не бойся ничего. В этом доме ты в безопасности.

– Что вы имеете в виду? – уточняю настороженно. Мало ли что он скажет делать.

– Меры безопасности, – отрезает мужчина.

Ну-у-у, по большому счёту это разумное требование. Особенно исходя из моей ситуации. Тут спорить явно глупо. Поэтому просто киваю. Согласно."

"Принц удовлетворённо хмыкает.

Но я по-прежнему вижу во взгляде мужчины очень… о-о-очень много вопросов и сомнений. И что-то ещё… странное… настораживающее.

– Значит… ты не помнишь ничего не только о похищении и о том, кто пытался тебя убить, но и о себе… о нашем браке… – задумчиво тянет его высочество.

Я в ответ молчу, позволяя ему самому озвучить «правильный вариант». Правда… царапает меня что-то в его интонациях. К чему это он клонит?

Глава 12

– А данну Иезеннию? – подумав, интересуется принц.

– Нет. А кто это? – склоняю голову набок.

– Не важно, дорогая моя супруга, – неожиданно улыбается супруг. Довольно. Торжествующе даже.

Уоу. Я на миг даже зависаю, любуясь. Он и так хорош. А улыбка, изогнувшая чувственные губы и отразившаяся в голубых глазах, и вовсе делает доставшегося мне в наследство супруга неотразимым.