Ты жена мне, помнишь?

– Рисунки покажешь обязательно. Я очень-очень хочу на них посмотреть, но сейчас нам нужно поспешить и попробовать защитить тебя от тяжёлых эмоций короля и всех, кто с ним приедет.

– Бабушка хорошая. Только грустная всегда, – с серьёзным видом сообщает мне Кати. – От неё, наверное, защищать не надо.

– Ясно, – киваю, шумно выдыхая. Бабушка хорошая, значит. Бедная бабушка.

Потираю зудящие руки, изучающе смотря на девочку и настраиваясь.

– Вы правда сможете? – с надеждой вскидывает она брови домиком.

– Да, – киваю с невесть откуда взявшейся уверенностью.

Стоило принять решение, и внутреннее чутьё, пока что заменяющее мне знание, сразу включилось, подталкивая в нужном направлении.

Пламя в моей крови уже тоже проснулось, снова пульсируя в венах. Но после вчерашнего… я контролирую свою силу. Действительно, контролирую. Сейчас она, как никогда отзывчива и даже… пластична. Многогранна и многолика. Я ведьма, и я могу то, чего не могут маги, ограниченные рамками своих врождённых способностей и резервов.

В памяти картинками вспыхивают прочитанные мною ритуалы-обереги, которыми ведьмы защищали своих детей. И пусть это не совсем то, но я думаю, что можно использовать общий принцип для концентрации, и добавить от себя уточняющих деталей.

Нет ведьмы сильнее, чем та, что любит. А я люблю. Каталина и Эмелин мои девочки, мои дочери. Пусть не по крови, пусть сами ещё не знают и держат дистанцию, но они мои. Я так чувствую.

– Стань посередине комнаты, – прошу я, поворачивая в замке ключ.

Отпустив кусочек металла, делаю глубокий вдох и оборачиваюсь к застывшей в центре Каталине, наблюдающей за мной уже с некоторой опаской.

– У вас глаза горят, – благоговейно шепчет она.

– Так надо, маленькая. Это моя стихия проснулась, чтобы тебе помочь. Мы же вчера договорились, что ты не будешь мне выкать, – напоминаю, делая шаг к ней."

"– Да, договорились, – кивает, завороженно наблюдая за моим приближением.

– Вот и не выкай. И ещё мне нужно, чтобы ты мне доверилась, как вчера. Сможешь?

– Смогу, – вижу решительный кивок.

– Умничка, – улыбаюсь, останавливаясь перед ней. – Не бойся ничего.

Разведя в стороны ладони, я позволяю огню вспыхнуть на них жаркими лепестками. Улыбаюсь восторженному аху Каталины. И рисую огненный круг над тёмно-русой макушкой. А затем и вовсе иду по кругу, мысленно представляя пылающий защитный заслон вокруг моей девочки.