Твой первый - единственный

Уровень тревожности резко повысился до запредельной нормы.

– Ч-что? – мой голос потерял былую уверенность и раздражение. Мне показалось, я мог ослышаться, а потом и вовсе подумал, мало ли под какой причиной этот придурок пытается вынюхать у меня местонахождения Риты. Последняя мысль немного успокоила, и я снова двинулся вперед, но теперь уже к ближайшему подоконнику в поисках тишины.

– Долго объяснить, просто скажи, где она!

– Ты перебрал, друг? С чего вдруг Рита и в опасности? Что ты несешь?

– Ее кто-то заказал, – произнес он фразу, словно из фильма «Бригада».

Я облокотился поясницей об основание подоконника. Из открытого окна дул январский ветерок, залетая за шиворот моей толстовки. Я поежился.

– Ты в своем уме? – рявкнул, сжимая челюсть до хруста. Мне хотелось врезать этому придурку, хотелось, чтобы он прекратил нести чушь.

– Послушай, пока мы тут с тобой меряемся… выясняем отношения, Рита уже может быть в опасности.

– Да что ты несешь? Ты реально думаешь, что я в это поверю? – я снова громко выдохнул, по позвонку пробежался рой неприятных мурашек, словно стая насекомых.

– Да мне плевать, если честно, во что ты там веришь! Мне надо знать, где она, и отвезти ее в безопасное место, пока я все не выясню.

– Девяностые закончились, и ты либо обдолбался, либо…

– Моя работа как раз крутится вокруг таких вот девяностых. И если Рита пострадает во второй раз по твоей милости, ты так просто не отделаешься, – прозвучало с угрозой.

Я ничего не ответил. Вдруг вспомнил обстоятельства, при которых мы познакомились с этим парнем.

Заброшенная фабрика, хулиганы, биты, драка. Он реально мог заниматься и, скорее всего, по сей день занимается чем-то не очень хорошим. И если все-таки этот тип не врал, моя Рита… моей Рите… У меня пересохло в горле. На глазах возникла словно пленка, я плохо различал, что происходило в шумном коридоре. Люди превратились в пятна. Звуки напоминали сломанный приемник. Только мои вздохи отчего-то звучали слишком отчетливо и громко.

– Она… – я облизнул пересохшие губы и продолжил.

– Она должна быть у себя в универе на пересдаче по английскому. Ей сегодня назначили. Может, у нее тупо отключен мобильник, или села зарядка.

– Окей, я поеду туда и все проверю!

– Слушай, это неблагоразумно. Это… – мне тяжело было говорить, слова казались острыми, словно каждый их звук оставлял после себя порезы.

– Когда люди приходят делать такой заказ, они уже не отличаются благоразумием. Я в этой теме не один день, успел многое повидать.