Трудовые будни барышни-попаданки 5

Я вас больше не держу, возвращайтесь в ваше поместье. Вы приехали в столицу с мужем и детьми? Вот все и возвращайтесь».

То ли вдовствующей императрице были чужды мелкие пакости. То ли она решила держать достоверную пророчицу под рукой. В любом случае из Зимнего дворца я отправилась в Новую Славянку, куда уже прибыли супруг и дети.

Сразу же занялась своими делами. Вернее, проблемами.

Первой стали дети. Они решили поиграть в спартанских мальчиков, вернее Алеша. В того самого героического придурка, который спрятал лисенка под плащом, чтобы скрыть это странное приобретение от взрослых, и непринужденно стоял перед наставником, пока звереныш прогрызал ему тело, до летального исхода.

Я и Миша оказались в роли этого слепого наставника. Не заметили, что младшенький не просто простыл, наигравшись под осенним дождиком, но тяжело заболел.

Ох, стоило пуститься в путь без Павловны. Она бы своевременно углядела детскую хворость. А так, мало того, что я и Миша явили невнимательность, так и остальные детишки постарались.

Объяснили младшенькому, что маменька спешит в столицу по важному делу. И отвлекать ее жалобами «меня знобит, головка болит» нельзя. Так еще и покрывали: отвлекали внимание на себя, об Алеше заботились сами. Разве что не прятали его от меня среди багажа.

Я, чесслово, обиделась реально. Особенно на Лизоньку: мозги-то надо иметь.

— Маменька, а если бы ты узнала на Валдае, что Алешка хворый, что делать бы стали? — серьезно возразила она.

На это я не ответила.

Но прибегла к игнору в самой неприятной форме — не нарочной. Да тут еще и ребенку поплохело, и Лизонька сменила подростковую обиду на детскую слезу. К тому времени Сашка тоже расплакался-покаялся. С ним Миша поговорил как отец с сыном, правда словами.

Что касается Алеши, после осмотра доктором Пичугиным — благо он временно стал домашним доктором — мы пришли к одинаковому выводу: пневмония типичная. С диагнозом справились, теперь предстояло справиться с болезнью — без антибиотиков, включая простенький сульфадин.

Пичугин, по своему прежнему роду занятий не только хирург, но и врач-универсал, утешил меня:

— Эмма Марковна, по своему опыту скажу: за две недели или умрет, или выздоровеет.

После чего сам накапал мне валерьянки.

Я пришла в себя и взяла лечение в свои руки. В первую очередь — никакого тогдашнего медицинского варварства. Например, ледяных ванн, чтобы сбить температуру. Или втирания ртути.

Кстати, насчет ртути.