Трудовые будни барышни-попаданки 5

Тем паче мой собеседник — сын века Просвещения, когда ссылка на рецепты ведуньи Агафьи привела бы к отрицательному результату.

Тем более пилюли были не из селезенки вепря Ы, а из черной бузины с добавками эхинацеи. Аутоиммунными заболеваниями Карамзин не страдает, ревматизмом не разжился, значит, может принимать иммуностимуляторы без особой опаски. Тем более что вместе с порошками идет типографский лист с подробными инструкциями, и на предмет первых признаков непереносимости тоже: что в таком разе надо делать, кого звать и куда бежать.

Историограф внимательно просмотрел инструкцию, впечатлился — по лицу было видно. Кивнул и обошелся без уточняющих вопросов. У меня неплохая медицинская репутация, так что если рекомендовала — надо принимать.

— Что же касается второго… Николай Михайлович, в вашем рабочем кабинете жарко, но воздух сухой. Его необходимо сделать более влажным. Я сама столкнулась с этой трудностью, когда выясняла, почему в Воспитательном доме стали жарко топить, а малютки продолжали болеть.

Пока говорила, еле сдерживала печаль…

Не так трудно выкупить крепостного. Не так трудно разоблачить злодея. И даже удивить вельможу каким-то физическим эффектом.

Но как же трудно объяснять людям элементарные вещи… элементарные, конечно же, для тех, кто вырос среди гигиенических банальностей эпохи модерна: солнце, воздух и вода… Ну а пока главное — сытость, тепло и хоть минимум движения. Что детишки, что взрослые, особенно если повезло родиться в знатной-богатой семье, пребывают в неподвижности и духоте.

Ладно хоть, «суп Моро», в нынешней реальности названный незатейливо и претенциозно «царский суп», с моей подачи вовсю пошел в народ. Уж больно прост оказался рецепт и нагляден результат. Морковь и соль есть в любой самой захудалой деревеньке, что уж говорить о барских домах.

Что же касается Карамзина, его счастье, что он живет в Царском Селе, в парке, и с юности привык к прогулкам. Но такую атмосферу в рабочем кабинете не компенсируют никакие медикаменты и никакие променады.

К счастью, историограф согласился. Увлажнитель воздуха, в который я велела капать по капле можжевелового масла каждый раз, как в нем будут менять воду, был прост, как табуретка.