Трижды рождённый

– Ну у тебя и фантазии! – хмыкнула Ту'санр, глядя, как моя одежда превратилась в белоснежную тунику, сродни древнеримской. – Прямо жертва на алтаре!

– И ничего не жертва! – смущённо ответил я, снова делая свой гардеробчик таким, каким носил его перед смертью.

– Ну-ну! – не стала она спорить со мной и вместе со своим напарником исчезла из комнаты.

Я лежал и не шевелился, ожидая перемещения и неприятных ощущений, связанных с ним. Внезапно камень подо мной стал нагреваться, а стены комнаты засветились нестерпимо ярким светом, заставляя закрыть глаза.

...Боль в сердце стала отпускать, снова можно было дышать. Осторожно, по стеночке, я поднялся с пола и осмотрелся. Явно замковые помещения, но не Кнара или Шлёсс – всё богато, вычурно и нет той функциональной простоты. Напротив меня зеркало. Посмотрел в него и увидел отражение очень старого мужчины с двумя косичками на лысоватой голове. Его лицо было серым, одутловатым, с большими мешками под воспалёнными глазами – дедушка явно болеет, причём долго и серьёзно.

– Блин! Не повезло с клоном! – разочарованно сказал я .

Синие, бескровные губы отражения беззвучно повторили мои слова.

Ну? И что теперь делать? В таком состоянии я вряд ли смогу добраться до Кромки Столбов. Тут бы до туалета самому дойти, а не через половину земель путешествовать. Судя по обстановке, я где-то рядом с Торргом – только там тратят столько усилий на ""дорого-богато""! Присев на пол, стал размышлять о дальнейших действиях, но чем больше думал – тем больше понимал, что ""попал"".

– Ты чего здесь, старый ублюдок, прохлаждаешься? Хозяйка Зальт уже ложится ко сну, а тёплого вина до сих пор нет! – сказала молодая воительница, намереваясь снова ""угостить"" меня носком своего сапога.

О! Зальт! Помню-помню! То ещё змеиное гнездо!

Быстро поднявшись, я низко поклонился и, стараясь придать голосу хоть немного подобострастия, ответил:

– Извини, Уважаемая! Сердце прихватило.

– Идиот! Старый идиот, выживший из ума!

Раздражённая женщина схватила меня за шиворот и кинула в сторону лестницы.

– Вниз! Через двор направо, а дальше, если слова ещё не забыл, спросишь!

Отлетев на несколько метров и больно приземлившись, ощущая всем своим старым телом, что второй раз подобного вряд ли переживу, тихо поднялся и, занеся ногу над ступенькой, вдруг почувствовал сильное головокружение.