Третий не лишний

Бурковский продолжает вылизывать ее шею. Я снова поддеваю ее ногу.

Вижу, как дрожит. В глазах поволока, а в воздухе, клянусь, запах ее желания витает.

Съезжаю бедрами чуть вниз, потому что член башкой вот-вот ширинку вскроет.

Удивляешь, Крис. Не ожидал. Я редко в людях ошибаюсь, но в этот раз очевидный промах. Другой она мне представлялась – чище и правильнее. Думал, Темыч подавляет ее в отношения, слишком резок на поворотах, но нет…

У них другой формат. Нестандарт. Обоих все устраивает.

Ну… а меня – тем более.

Делаю еще глоток сока, а Кристина, обняв Бурковского за шею, что-то неслышно ему говорит. Тот так же тихо отвечает. Я, бл*дь, не дышу.

Ее нога исчезает.

– Спокойной ночи, – одними губами.

Поднимается, пряча глаза, поправляет подол платья и выходит из-за стола. Осматриваю ее с ног да головы. Худенькая, стройная. Красивая очень. Если бы не Бурковский, я бы ее еще в прошлом году взял, но девочки друзей для меня существа бесполые.

Однако мнение самого Артема на этот счет коренным образом меняет ситуацию.

Провожаю взглядом, пока она идет через зал и не исчезает в коридоре за барной стойкой. Тёмыч, развалившись на диване напротив, палит.

– Ну, что?.. Был на Пятницкой? – спрашивает, когда объект моего интереса из поля видимости пропадает.

– Был… Неплохо, – подтверждаю, – смета нужна.

– Сделаем.

Еще один бар. С меня деньги, с Бурковского – все остальное. Мог бы сам, но немного не мой профиль.

– Только с помещением тянуть нельзя – уведут.

– Не тяни, – выдаю, осушая стакан с соком, – готовь документы.

Тот, кивнув, подается вперед и складывает руки на столе. Смотрит на меня, почесывая языком верхние зубы.

Разговоры о делах окончены.

– Убедился? – усмехается тихо, нервным движением проводя ладонью по лбу.

Если он о том, что его девочка фонтанирует эмоциями на меня, то да, убедился. Уже давно.

– Я надеюсь, вы знаете, что делаете…

– Ты ей нравишься. На тебя она согласится.

Буравлю его взглядом, чувствуя, как вдоль позвоночного столба к крестцу стекает тепло. Цепляет его девочка, но после тройника, уверен, отпустит.

– И у тебя на нее стоит, – добавляет с улыбкой.

Глава 11

Волны дрожи, идущие из области солнечного сплетения, сотрясают все тело. Кожу пробивает испариной. Легкие на подъеме врезаются в ребра.

Что это было?! Что это, мать твою, сейчас было?!

Закрываю дверь нашей квартиры изнутри, падаю на нее спиной и, тщательно облизав сухие губы, тяжело сглатываю.

Хватаюсь руками за волосы, лицо, провожу ладонями по телу.