Три Анны

На фоне ленинградской старушки она почувствовала себя неотёсанной колодой из сырого дерева, только что вывезенной из леса. Но бабушке девушка, видимо, понравилась, потому что она приветливо улыбнувшись, показала рукой на место рядом с собой, и Анюта, повинуясь её приказанию, неловко примостилась на краешек скамейки.

Старушка царственно наклонила голову и поздоровалась:"

"– Добрый день. По вашему облику, я вижу, вы находитесь в затруднении? Могу я вам помочь?

Односложно ответить столь милой старушке показалось Ане немыслимым, и она вежливо объяснила:

– Благодарю вас.

Старушка достала из сумочки небольшие круглые очёчки, водрузила их на нос и пристально посмотрела на Аню, а когда заговорила, в её голосе сквозило лёгкое удивление:

– Судя по речи, вы образованная девушка… Даже не знаю, что вам посоветовать! Без связей вам трудно будет устроиться, да и прокормиться нелегко. Дело в том, что сейчас в Ленинграде введена карточная система, но карточки пока есть только у рабочих.

Поскольку Аня внимательно слушала, не перебивая вопросами, собеседница продолжила:

– Устроиться работать на фабрику почти невероятно. Город наводнён беженцами из деревень, которые согласны на любую работу. А без работы невозможно получить жильё, – она картинно развела сухими ладошками и вздохнула: – Получается замкнутый круг.

Анины щёки залил румянец, и старушка, уловив её замешательство, успокаивающе похлопала её по коленке:

– К вам, милочка, это не относится.

От неожиданного комплимента Анюта покраснела ещё больше и уже хотела распрощаться, как вдруг вспомнила олунецкую встречу с другой старушкой, поведавшей про судьбу хозяйки пансиона, Матильды Карловны фон Гук.

Как она могла забыть! Та бабулька сказала, что барон фон Гук жил в Графском переулке, а у Ани есть поручение от Алексея Ильича к его жене, тоже Анне.