Только ты

Когда я захожу, ее ладонь держит его пальцы. При виде меня они оба отдергивают руки, но я успеваю заметить. Не чувствую обиды, только облегчение, что он жив и с ним относительно все в порядке.

– Здравствуй, Егор. Как ты?

Парень удивленно поднимается, и я вижу гипсовую повязку, наложенную на плечо и локоть. Широкий пластырь на лбу выше брови.

– Соня, выйди, пожалуйста, – просит он девушку, покраснев в щеках, но гостья не двигается, и я отзываюсь:

– Не нужно. Ты сможешь выйти? – спрашиваю, показывая Егору на дверь, и он отвечает:

– Да, конечно.

– Хорошо. Я подожду в коридоре.

Мы отходим в самый конец, к последнему окну, и я наконец-то могу поцеловать друга в щеку и искренне сказать:

– Слава Богу, ты жив! Я очень испугалась. Твой отец не захотел со мной говорить.

– Настя, там в палате… Это не то, о чем ты подумала. Она сама пришла.

– У нас маленький городок, Егор, я помню ее. Сонечка Лапина, ты когда-то был в нее влюблен.

– Когда-то, – хмуро поджимает Егор губы, глядя на меня знакомым голубым взглядом.

– Да. Я обещала тебе разговор.

Однако мы оба не торопимся говорить, пока Егор не вздыхает. Начать всегда сложно.

– Значит, вот как, Настеныш, закончилась наша с тобой любовь? Горько.

– Прости, Егор."

"– Не извиняйся.

– Еще получится. У тебя обязательно все получится.

– Но я – не он. Не он, да?

Это тот важный момент, когда не спрятаться за недомолвкой. Не отвести взгляда и не промолчать. Раз уж я здесь, Егор достоин честного ответа.

– Да. Не он.

– Но почему, Настя? Почему?! Его ведь даже не было рядом! Все эти годы он не был с тобой.

Не знаю, что парень видит в моих глазах, но понимаю – то, что отражается в них, приносит ему боль.

– Был, Егор. Всегда. Каждый день. Каждую минуту был в моем сердце. Я пыталась, я честно пыталась забыть Стаса, но теперь знаю, что мне никогда не избавиться от чувств к нему. Я буду любить его или никого.

Губы Егора ломаются в улыбке, и эта улыбка близкого человека действительно полна горечи.