Только ты

– Господи, Стаська, до чего хорошо-то! Как я могла столько лет отказывать себе в таком простом, человеческом удовольствии, а?

Вода творит с людьми чудеса, и вот я уже любуюсь мачехой, которая с закрытыми глазами медленно рассекает руками воду, снова и снова наплывая на тот самый загадочный противопоток, бьющий из стены.

– Ты имеешь в виду поплавать в бассейне или посреди ночи разбудить хозяина этого царства неги и напомнить ему, что он тебе кое-чем обязан?

Мы обе смеемся, и на душе становится легче. Я не очень хорошо держусь на воде, но бассейн невероятно красив, и хочется обо всем забыть.

– Даже подумать страшно, Стася, скольких радостей я себя лишила, увязнув с головой в своей сумасшедшей работе. Первый раз в таком месте! Ну ничего, еще пару лет потяну, и передам дела Стаське, пусть крутится! Парень он у меня умный, хваткий, уверена: справится. Угомонился бы только.

– Обязательно справится, мама Галя!

– Знаешь, – неожиданно признается мачеха, когда я выныриваю из-под фонтана и подплываю к ней.

Убирает с моего лба волосы. – Мы иногда с Гришей летом ездим на рыбалку. На нашу речушку за лесом. Только не вздумай об этом кому-нибудь рассказать!

– На рыбалку? – я удивляюсь, представив вдруг, как отец уговаривает свою серьезную жену-босса составить ему компанию. – Вот уж не подумала бы, что папа такой заядлый рыбак. Бабушка не рассказывала об этом его увлечении, да и удочек у нас в доме никогда не водилось. Даже старых.

– Да это не он! – хохочет мачеха.

– Ты? – я отфыркиваюсь от воды и смаргиваю капли, повисшие на ресницах.

 – Правда ты?! – изумляюсь признанию, улыбаясь в ответ.

– Я, – кивает мама Галя. – Мы в детстве часто недоедали в детдоме, а может быть, скукой маялись, не помню уже, но сбегали с мальчишками на речку за пескариками. Чем только не умудрялись их ловить! Снастей-то нормальных не было, как умели, так и строгали удилища. Из старой гардины садки вязали и капрон дергали. Жарили прямо на берегу. Разгребем песок, набросаем веток и в золе вместе с картошкой.

Ух! Еле дождаться могли, пока огонь прогорит. Черные были как черти! Довольные! Я первой заводилой у наших была, скольким мальчишкам от меня досталось! За справедливость зубами загрызть могла, рука-то тяжелая! Ноги и локти вечно ободраны, коса растрепана. Ох и влетало нам, что сбегали без спроса. Вот по старой памяти и ездим теперь с Гришей, рыбачим. Жаль, получается редко выбраться.

– А Стас знает?

– Замечает иногда, но у него своя жизнь.