Требуется влюбленное сердце

 – Я приняла решение, оно кажется мне единственно возможным и правильным. Переживу, это не конец света. Давай лучше про Жильцову. Ты с матерью о возможных причинах попытки суицида не говорил?

Андрей прижал окурок в пепельнице:

– Говорил. Она в ужасе, конечно, все никак поверить не могла, что дочь способна на такое. В день суда они расстались возле дома, где Жильцовы живут, она Олесю к себе забрала – Дарья попросила, сказала, что хочет побыть одна. Мать сперва упиралась, не хотела ее оставлять одну в квартире после такого, но Дарья настояла.

К тому же Ольга Михайловна и сама себя неважно чувствовала, так что согласилась. Дочь вошла в подъезд, и больше они не разговаривали. На третий день приехала Соледад, попросила собрать немного вещей, объяснила, что уговорила Дарью поехать на море, отдохнуть, обстановку сменить.

– Я не понимаю, – перебила Лена, – как такое вообще может быть? Мать спокойно собирает сумку и не пытается связаться с дочерью и узнать, что с ней?

– Соледад сказала, что пока не стоит беспокоить Дарью, мол, та в шоке.

Понятно, на суде Виктор на жену даже не взглянул, у кого от такого крыша не съедет? Да и Соледад, как ни крути, лучшая подруга, плохого не посоветует.

– Глупость какая-то. Я бы не удержалась, позвонила.

– Ты права, здесь вообще много странного. Я опросил двух других подруг, они тоже были на суде. Обе в голос твердят, что Дарья держалась, никаких истерик, ничего. Кстати, Соледад на суде не появилась, позвонила и сослалась на проверку в банке. Куда уехала Дарья, ни одна, ни другая не знают.

 – Андрей переместился за стол и продолжил: – Я попытался у дамочек выяснить, не было ли между Дарьей и Соледад размолвок в последнее время, но они ничего не заметили. Вроде как все было как обычно.

Лена крепко зажмурилась. Она чувствовала какую-то фальшь во всем, что касалось Матюшкиной, но не могла объяснить ни единого ее поступка. Особенно странной казалась в свете всех рассказов о ней мишень для дартса, обнаруженная в спальне.

– А нет ли здесь личного мотива? – пробормотала Лена.

– Какого?

– Зависть, к примеру. Могла ведь Матюшкина завидовать подруге до такой степени…

– До какой? – перебил Андрей. – Чтобы шлепнуть ее любовника? Это нелепо, она бы с мужиком не справилась.

– Ты, кстати, ее видел?

– Нет, но разве это что-то меняет? Женщине ни за что не одолеть мужика, если тот не пьян, а Полосин, как мы помним, был трезвый и без следов каких бы то ни было препаратов в крови.

– А вот здесь я с тобой поспорю, Андрюшенька.