Только между нами

Он ведь мальчишка совсем, а его избивали дубинкой. Как низко нужно пасть, чтобы учинить расправу над человеком, да ещё и чужими руками?

Теперь перед глазами всплывает образ Романа Как он затягивает галстук и как сидит во главе стола на совещании. Трусливый и жестокий кусок дерьма. Конечно, он бы никогда не стал пачкать свои наманикюренные пальцы. Достаточно просто нанять кого-то.

— Девушка, извините, что снова вас тревожу. — Сделав над собой усилие, улыбаюсь вежливой санитарке. — Я могу поговорить с врачом, который занимается Даниловым?

— Дмитрий Андреевич должен скоро подойти.

Долго ждать действительно не приходится, и уже спустя несколько минут возле стойки появляется плотный приземистый мужчина в халате. Врачей сложно спутать с кем-то ещё. Их выдаёт взгляд. Цепкий, но огороженный от всего мира.

Не дожидаясь, пока девушка подаст знак, что это именно тот, кто мне нужен, я подхожу к нему сама:

— Дмитрий Андреевич? Хотела расспросить вас по поводу Данилова.

Хочется верить, что мой смятый после сна костюм и лицо без макияжа выглядят достаточно презентабельно, чтобы воспринимать меня всерьёз. Мужчина быстро окидывает меня взглядом и коротко заключает:

— Слушаю.

Я сыплю вопросами о состоянии Матвея, настойчиво прося не преуменьшать степень ущерба его здоровью, и спрашиваю, имеет ли смысл переводить его в платную клинику.

— У парня закрытый перелом нижней челюсти, но, к счастью, без осколочных элементов.

«Спасибо» — это единственное, что я могу из себя выдавить. Ещё добавляю, что на то время, пока Матвей находится здесь, у него должно быть всё самое лучшее — от ухода до лекарств, и за это я, разумеется, дополнительно заплачу. Врач отвечает, что максимум, который я могу сделать, — это нанять для Матвея личную сиделку, а в остальном они и без того делают всё, что могут.

На этом мы и прощаемся.