Точка Бифуркации VI (СИ)

— Ну с добрым утром тогда! Солнышко проснулось новый день на дворе!

— Стой!

— Ты чё, сука…

— А-а-а, бл**ь! Ты дол***б?!

В общем, очень сержантам не понравилось то, что я вылил содержимое ведра на их стол и часть расплескал по полу… Вмиг они все проснулись, разозлились и было дернулись на меня, но внезапно, все как один остановились.

— Ну! Чё встали?! Идём-идём! Кого первого этим ведром отмудохать? — довольно расхохотался я, наблюдая как они стали нерешительно переглядываться между собой. — Тут ещё чуть-чуть осталось… Первому смельчаку обещаю надеть его на голову! Уж вы то знаете, что смогу… — процедил последнюю фразу и добавил.

В помещении повисла тягучая пауза. Озвученное мной действительно немного охладило их пыл. Не из-за страха, конечно — просто пачкаться никому не хотелось.

— Если ты сейчас же это не уберёшь…

— То что? На губу меня посадишь? — продолжал глумиться я, вспоминая им вчерашний вечер. — Или комчасти жаловаться побежишь? — отмечая молчание сержантов, я уже спокойнее добавил.

На этих словах я бросил ведро под ноги караульным и вышел из помещения, оставляя присутствующих с новой «проблемой» наедине.

Примерно через полминуты мой конвоир опомнился и догнал меня по дороге в столовую.

— Стоять!

— За мной! — вторил я, игнорируя команду сержанта.

— Ты не можешь ходить по территории части самостоятельно! — процедил боец догоняя меня.

— Вот и ходи рядом. А я пошел на завтрак.

Посверлив взглядом мою спину, караульному только и оставалось что скрипя зубами пойти вслед за мной.

К слову, мой вид в столовой произвёл небольшой фурор. Дело в том, что среди солдат ходили самые разные нехорошие слухи о пребывании на гауптвахте, и увидеть меня сегодня вполне себе живым, невредимым и даже в хорошем настроении, было для всех сослуживцев довольно неожиданно.

Впрочем, улыбаться долго мне не пришлось.

— За неподчинение приказам будешь наказан! В наручники его!

Сопротивляться требованиям капитана я не стал и спокойно протянул руки осторожно приближающимся ко мне бойцам. Те, кстати, едва браслеты на моих запястьях захлопнулись, стали заметно смелее и наглее.