Так обладает ужасное чудовище...

Поскольку с недавних пор именно они занимались моей охраной, это было идеально, но я попросила, чтобы Рабана приставили непосредственно ко мне. То есть, не просто охранять башню, а именно сопровождать меня."

"Мне ответили, что мое желание будет выполнено, но поскольку Ворды ответственны за меня, а я с самого начала просила непосредственно Рабану доверить мою безопасность, он перед этим должен был пройти подготовку. Она займет примерно месяц.

Меня это более чем устраивало. Значит, после того, как мы с Тейлором вернемся из медового месяца, Мили приступит к обязанностям моей личной горничной, а Рабан – телохранителя.

Думая о будущем, я предвкушала. Столько всего хотелось сделать и так много добиться. Я горела желанием никогда и ни за что не останавливаться. Становиться исключительно сильнее и делать все, чтобы наше королевство процветало.

Эти мысли были подобны миллиарду выпитых чашек кофе, из-за чего я постоянно строила планы и бесконечно долго разговаривала с Розеном.

Джейкоб наоборот практически все свободное время спал. Я видела его лежащим на диване и спящим в кресле. Он отключился даже за столом на кухне.

Как сказал Розен, в последнее время Жрец слишком много рассоединялся и использовал критично много сил. По этой причине сейчас нахождение в сознании для него являлось пыткой.

Я решила пока что его не трогать. Мы еще успеем наговориться.

Хотя, временами, мне Жреца очень сильно не хватало. Например, когда я узнала, что в наше королевство приехал Эро Метей.

Причем, узнала я об этом с опозданием – после того, как столкнулась с ним в коридоре дворца.

Я шла по делам и, целиком и полностью пребывая в собственных мыслях, не обратила внимание на парня, который шел по коридору мне навстречу. Лишь когда он остановился, преграждая мне путь, я была вынуждена заметить то, что, оказывается, я тут не одна.

- Жрец? Ничего себе какая хорошенькая, - я услышала глубокий и хриплый голос, наполненный чем-то мрачным и стальным. – Вживую ты даже лучше, чем на видео, или фотографиях.

Я нахмурилась. За такое бестактное обращение к Жрецу можно было и наказание получить, поэтому, поднимая голову, я хотела увидеть того, кто осмелился на нечто такое.