Так обладает ужасное чудовище...

Эту обязанность возложили на меня.

Сегодня в восемь вечера был назначен эфир, в котором я должна была произнести речь. Ее длительность – сорок пять – сорок семь минут. Эфир прямой, а не запись, поэтому даже малейшая ошибка недопустима.

Все последние дни я учила речь и сегодня ее повторяла. К тому же, к эфиру предшествовали часы подготовки. Приехала Изабель и лично одела меня. Около часа делали макияж, который я толком и не заметила.

Наверное, еще полгода назад, я бы волновалась перед таким эфиром. Сейчас же испытывала спокойствие.

Эфир начался с приветствия. После этого я рассказала ту информацию, о королевском университете, которая раньше не раскрывалась – в первую очередь по какой причине был арестован тот или иной студент. Каждое обвинение. Каждый их проступок. Виды насилия, к которым эти студенты прибегали, считая, что это нормально и они останутся безнаказанными.

После этого я рассказала об аресте аристократии. О том, что они делали и чего пытались добиться.

Речь была длинной. Раскрывающей множество тем и охватывающей каждый род по отдельности.

Но так требовалось.

Это была последняя точка.

***

После эфира я встретилась с Джейкобом. Мы сидели на креслах в гостиной. Уставшие и молчаливые. Пили кофе и некоторое время ничего не говорили. Я собиралась спросить про Эрин, но не успела. Мой телефон зазвонил, высвечивая неизвестный номер. Учитывая то, что мой номер был известен лишь единицам, нечто такое было странным.

- Да, - сказала, отвечая на звонок.

- Эй, Жрец, как дела? – услышав грубый мужской голос, я села ровно и включила громкую связь. – Я жажду поговорить с тобой и обсудить некоторые дела. Знаешь, кто я?

- Дом Уор, - ответила. Джейкоб сидел с закрытыми глазами, но я знала, что он слушал наш разговор.

- Ничего себе. Такая проницательная. Я даже впечатлен. Но так же я зол. Ты даже не представляешь насколько. Я смотрел твой эфир. Ты уничтожила мой род. Может и мне сделать эфир о тебе?

- Господин Уор, ваши родители не привили вам даже толики манер? Видно, они были плохими родителями.

- Сука, - на выдохе. Гневно. – Ты освободишь мой род.

- Нет.

- Иначе я порву твою репутацию. Я знаю, о том, какую жизнь ты вела до того, как на тебя нацепили статус Жреца. О том, как ты курила и пила. Шлялась по мужикам. Я с радостью втопчу тебя в грязь. Бойся меня.

После этого даже Джейкоб открыл глаза. Заинтересовался.