Тайник в старой стене

 – Так вот из этого бронетранспортера стрелять начали. Пчелинцев так и сказал: водителя, старшего сержанта, пулеметной очередью насквозь и прошило, а другие двое в подъезде спрятались.

– А вы уверены, что убитый был сержант? – уточнил Зверев.

Женщина задумалась:

– Ну да!.. Именно так он и сказал!

– А с другими двумя милиционерами, теми, что выйти из машины успели, что стало?

– А кто ж знает? Тоже погибли, думаю.

– А трупы их кто-нибудь видел?

– Я не видела, а Иван Игнатьевич про это не рассказывал.

– А где сейчас этот Иван Игнатьевич?

– Так его в «Крестах» в душегубке уморили.

– Жаль, – Зверев задумался. – Ну, а эта девушка, Лиза, про нее вы больше тоже ничего не знаете?

– С тех пор я ее ни разу не видела.

– Ну а остальные соседи? Может, вы знаете, где мне найти кого-нибудь, кто сможет еще что-нибудь про ту машину и про Лизу рассказать?

– Если я вас правильно поняла, вы ищете этих пропавших милиционеров?

– Да, именно их мы и ищем. Так что насчет соседей?

Элеонора Святославовна пожала плечами:

– Кого-то увезли в Германию, кого-то уморили в «Крестах», не знаю, что вам и посоветовать.

– А вы во время войны помимо разбора завалов, чем еще занимались? Чем жили? Если я правильно вас понял, вы – жена офицера Красной армии, неужели никто об этом не донес немцам?

Женщина хмыкнула, достала из серванта коробку с сигаретами. Не спеша закурила, чем вызвала явное неодобрение Германа.

– Как бы не так – не донес! Тут же и доложили! Если вас интересует, водила ли я дружбу с немцами, то я вам отвечу – да! Я артистка, мой талант был оценен немецкими офицерами.

– А ваш муж? Что с ним случилось? Он погиб?

– Нет. Он сейчас преподает в Военно-воздушной академии где-то под Москвой, мы прекратили общение сразу же после того, как он вернулся в сорок пятом.

– Понятно. Спасибо за рассказ, теперь я, пожалуй, откланяюсь.

Голова Элеоноры Святославовны склонилась, губы сжались в тонкую полоску:

– Ну, раз так…

– Возможно, Элеонора, я к вам еще как-нибудь загляну, если будет нужно уточнить детали.

– Буду вас ждать, Павел. Кстати, на следующей неделе Герман уезжает к своей тетке в деревню. Я могла бы вам сыграть…

Зверев улыбнулся и сделал неопределенный жест рукой:

– Заманчивое предложение, я подумаю, – и, откланявшись, направился к выходу.