Тафгай

 – Что это за стук?

Мой взгляд зацепился за его спортивную сумку, которая валялась в прихожей, и я глубоко вздохнула, пытаясь подавить подступающую тошноту, вызванную новыми запахами.

Ладно. Нужно просто успокоиться и все ему рассказать. Прямо сейчас. Он должен узнать о моей беременности до того, как улетит в Чикаго. И если он будет готов это принять, то я полечу с ним.

Эш вошел в гостиную, и я моментально опустила глаза. Мне не хватало духу смотреть на него. Я сжала в кулаке тест и спрятала руку за спину. Дурацкий кусок пластмассы жег мне ладонь.

– Привет, – я опустилась на диван. – Нам нужно серьезно поговорить, Эш.

Эш определенно тот мужчина, которого я бы хотела видеть отцом своего ребенка. Но готов ли он навсегда связать свою жизнь со мной? Что если он попросит прервать беременность? Я ни за что не пойду на это…

– Хорошо, – ответил он, усаживаясь напротив, на подлокотник кресла.

– Господи. Даже не знаю, как тебе сказать… – мой голос задрожал.

Разве бывает жарко и холодно одновременно?

– Эш.

Я тоже к этому не готова.

С ребенком наша жизнь станет в миллион раз сложнее. Беременность разрушит мою карьеру, возможно, даже наш брак… Ведь обратного пути уже не будет. Это совершенно новый уровень ответственности, и вообще…

– Мерфи, нам нужно развестись.

Мое дыхание остановилось.

Я впервые подняла глаза и взглянула на Эша, пытаясь осмыслить услышанное. Его широкие светлые брови были сдвинуты, а губы напряжены. Он смотрел на меня так, словно ждал каких-то слов, но я не находила их.

Отказывался от нас.

С каждой секундой мое сердце болело все сильнее. Я словно попала внутрь урагана и не понимала, как из него выбраться.

Растерянная. Разрушенная.

Тяжелый взгляд Эша задержался на мне еще на мгновение, а затем его длинные ресницы опустились вниз.

– Я свяжусь со своим адвокатом, и он поможет нам подготовить бумаги, – хрипло произнес он, поднимаясь на ноги.

Прежде чем уйти, он подошел ко мне, нежно прикоснулся рукой к моему лицу и поцеловал в макушку.

– Береги себя, Мерфи. И, пожалуйста, будь счастливой.

По моим щекам потекли горячие слезы. Входная дверь захлопнулась за ним, и я очнулась от сковавшего меня оцепенения.

Меня накрыло такой яростью, что я была готова поддаться животным инстинктам и взвыть как раненый зверь.