Сын для миллиардера

Я и сама почти начинаю грызть ногти от зашкаливающего напряжения.

Не терпится узнать, кто же это к Королёву такой важный пожаловал? Может президент? Ну а что! Если мэр у него сосед, с которым они в баню ходят, то с президентом они наверно вечерами киношки смотрят в личном кинозале Королёва в его дворце.

Невероятной красоты автомобиль останавливается прямо напротив парадного входа. Его за секунду окружают слуги, покорно склонив головы.

Дверь открывается. Затаив дыхание, я вижу, как оттуда изящно выплывает женская ножка, обутая в модную туфельку на небольшом каблуке.

Незнакомка вскидывает высоко подбородок, с особой надменностью осматривая всех присутствующих. На ней сияет белоснежный брючный костюм, дополненный жемчужным ожерельем.

В одной руке “мадам Брошкина” держит сумочку, вероятно, какого-нибудь знаменитого бренда, а в другой — пушистую, комнатную болонку. Особо ярко выделяется в её имидже большая белоснежная шляпа с полями.

Это что ещё за внезапное явление Снежной королевы?

Похоже, дамочка фанатка белого цвета.

Присмотревшись к ней повнимательней, до меня доходит истина… Неужели это мама Артура?

Я вижу в ней знакомые черты лица, даже походка кажется знакомой.

Что-то буркнув дворецкому, женщина зацокала вверх по ступенькам, держа путь к крыльцу. Я отошла от окна, тоже направилась в сторону холла.

И как мне быть?

Наверно стоит поздороваться?

Испытывая замешательство, я всё же спускаюсь вниз.

Собираюсь с духом, чтобы войти и поздороваться, а то всё-таки невежливо, как вдруг ступорю, когда до меня долетают фразы из их разговора.

— Ты в своём уме! Это немыслимо! Ребёнок от такой… Это пятно на нашем роду! Позор репутации! Нужно, чтобы она немедленно сделала аборт. Наверняка она аферистка! Ты хоть её проверял?

Я сжимаю пальцы в кулаки. Мир вокруг пошатнулся.

— Мила никакая не аферистка! Проверял, конечно. Она чиста! Об аборте не может быть и речи, даже не произноси это гадкое слово вслух.

— Я не только об этом, но и о тесте ДНК!

— Срок ещё маленький. Через месяц мы вместе поедем в клинику и сдадим материал.

По комнате эхом проносится женский стон.

— Артурик, ты мой единственный сын, я тебя люблю больше жизни! Одна швабра тебе уже сердце разбила, теперь вот вторая давай! Ну сколько ты её знаешь?

— Два раза виделись.