Сын Буйного

Но она тоже будет. Со временем.

– Мне надо вам кое-что сказать, – зову родителей на разговор.

– Папа? – оборачиваются на меня сыновья одновременно. – Играйте, я потом к вам подойду.

На Арсения смотрю, точно впервые вижу. Вот он мой – здоровый наследник! Вырастит крепким сильным мужиком. Костика надо подлатать. Этот еще быстрей вырастит.

Прикрываю дверь в кабинет. Даю конверт папе. Не сказать, что он удивлен содержимым. Мама спокойно и уверенно смотрит на меня.

– Твой?

– Мой. – не могу сдержать улыбки. – МОЙ.

– И что собираешься делать с его матерью? – папа передает конверт маме.

– Короче… У нас с ней все сложно.

– Ты же говорил, что она – твоя женщина. – прищуривается мама.

– Моя. Только она еще пока не знает, что моя. – чешу в затылке.

Родители усмехаются, переглядываясь друг с другом.

– Я хочу быть с ней. – честно признаюсь я, – Но ее приручать надо. Постепенно. Я много дерьма ей сделал.

– Хорошо, что ты это признаешь, сынок.

Мама подходит, становится на цыпочки, и тепло обнимает меня.

– Признание ошибок – путь к исправлению. – вторит ей папа.

– Налаживай с ней отношения.

– Она в больнице. Ей предстоит лечение, реабилитация. Только операцию на сердце перенесла.

– Тогда будь особенно чутким с ней, – советует мама, – поддерживай ее, заботься, видишь, какого она сына тебе родила? Ты должен ценить ее, быть ей благодарным. Я знаю, что ты порой бываешь резок, жесток, но с ней, ты должен все это в себе перебороть.

– Будь готов, сын, что она не сразу тебя простит, – папа отдает мне конверт обратно. – И еще непонятно, как она на Костю отреагирует.

– Хорошо отреагирует! – тут же возражает мама. – Она сама мать, значит может легко представить, что было бы, родись у нее мальчик с особенностями.

– Артур, налаживай с ней контакт. Мы тебя услышали. Мы примем ее с распростертыми объятьями. Раз она не бросила своего ребенка, как твоя первая, значит девушка честная и порядочная.

Глава 47

Кира

Мой сыночек! Наконец-то дождалась его! Карина привела его прямо в палату. Он немного напуган и врачами, и проводами с капельницами, но ради него я прошу убрать от меня все это на время, и стараюсь улыбаться, чтобы подбодрить малыша.

Мне нельзя его поднимать, но я крепко обнимаю, целую его макушку, поросшую мягкими пока волосиками. Я им наглядеться не могу, надышаться.