Сын Буйного

Белая майка в неоновом свете полупрозрачная, а Кира без белья. Ее грудь топорщится твердыми камушками, явственно угадывающимися сквозь ткань. Я сглатываю. У нее очень красивая грудь. Аккуратная двойка. Я помню это еще с первой нашей встречи.

Сглатываю еще раз.

Сжимаю руки в кулаки, до хруста в суставах. Это чтобы сдержаться и не наброситься на нее прямо с порога. Я еле сдерживаюсь, ведь физически ощущаю, как кровь отливает от мозга, от здравого смысла и всего остального, приливая обильно к другой части тела."

"Я хочу эту женщину до безумия.

Она дергается, пытается натянуть майку на колени, и вместе с тем обнажает свои ключицы. Там, в вырезе я вижу верхнюю часть полушарий. И все.

Все!!!

Сгорают все мои внутренние тормоза, все предохранители летят к чертям.

Она – идеальная для меня женщина!

Я хочу ее последние года два.

Так почему я сейчас сдерживаю себя?!

Разворачиваюсь к двери, закрываю ее на ключ. Ключ бросаю в карман джинсов.

– Нет… – Кира чувствует, что я пропал. – Нет, вы не сделаете этого…

Бледнеет, хватается за сердце, как будто это сможет меня разжалобить.

Прости малышка, но сегодня я возьму свое. Слишком много ты меня морозила. Слишком долго я сидел на твоем голодном пайке.

Я не вижу перед собой ничего больше. Весь мой мир сосредоточился до ее тела, желанного, манящего.

Двумя огромными шагами я сокращаю расстояние между нами.

– Карина!!! – зовет она отчаянно, – Кари… – но я молниеносно впиваюсь в ее губы, властно проталкиваю язык к ней в рот.

Да. Вот так. Извини малышка. Ты не хочешь по-другому. А я по-другому не могу. Я в раю. И я не позволю тебе лишать меня этого рая.

Я целуюсь так, словно это мой последний поцелуй перед смертью. Я напиться ею не могу, а она… слабо, едва заметно, но реагирует! Черт возьми, она реагирует на мой поцелуй!!! Я замираю на долю секунды.

Я удваиваю, утраиваю свои силы в этом поцелуе. Возможно, если бы я хоть немного сбавил напор и дал ей передохнуть, возможно, если бы я хоть чуть-чуть оставил ей выбор, хотя бы иллюзия выбора, она бы не закрылась от меня вновь.

«Нет, не леденей!» – бьет в моих висках.