Сыч – птица ночная

Чему в школе учили?

— Ты бы лучше помог обивку снять, — не обратил внимания на последнюю фразу Поликарпыч — он шустро залез в салон и уже вовсю рвал заклепки из потолочной обивки. — Посмотри — натуральная кожа, мать его ети! Денег, что ли, некуда девать?! И поролон — нулячий. Недавно лежит, пару недель, не больше. Нет, ты смотри — натуральная, бляха-муха! Как раз — я пацану с нее куртку сошью.

— Брось ты ее, — буркнул я, пытаясь отделить растрескавшуюся клавиатуру ноутбука от корпуса. — Я твоему пацану новую куртку куплю.

Кожа-то дырявая!

— Это ты свою компьютерию брось, — не согласился Валера, продолжая с увлечением снимать кожу. — Смотри — вдрызг расколошматили. Толку теперь с него!"

"— Полторы штуки баксов, — отреагировал я, отделив наконец клавиатуру. — О! «Винт» целехонек. Удивительное дело…

— А че с винтом станется? — удивился Валера. — Железо, оно и есть железо. А полторы штуки — это что?

— Это жесткий диск, — пояснил я, извлекая на удивление не пострадавший жесткий диск и укладывая его в карман куртки — если представится возможность, посмотрим, чего там у супостатов записано.

Хотя, если бы что-то стоящее было, не бросили бы. И потом — дети гор не станут доверять свои секреты машине, воспитаны не так. Для них компьютер — не более чем красивая и престижная игрушка. Но все равно — хорошая вещица. За год работы в «Егоре» я освоил компьютер на уровне опытного «юзера» и успел заболеть РС-манией…

— «Винт», Валера, — это сленг. Жаргон, то бишь. А полторы штуки стоит вот эта разбитая хреновина.

У меня была такого же типа, я цену по каталогу смотрел.

— Полторы штуки — это сколько в рублях? — озабоченно поинтересовался Валера, не переставая рвать закрепки.

— Почти тридцать тысяч рублей, — быстро посчитал я. — А тебе какая разница? Все равно изломана игрушка.

— С жиру бесятся, — хмуро буркнул Поликарпыч. — Совсем сдурели. Я за свою «Ниву» двадцать просил — не дает никто. Один хмырь предлагает за двенадцать — и все. Краше цены нету. А это — тридцать штук… С жиру бесятся! Кстати — на, это, наверно, от нее детальки.

Поликарпыч высунулся из кабины и бросил мне пластиковый футляр. Щелкнул подпружиненной крышкой — внутри покоились три трехдюймовые дискеты. На секунду сердечко замерло в могучей груди, кто-то звонко крикнул в голове: «Вот оно!!!» Однако тут же пришла на ум избитая истина о том, что горец и компьютер — понятия, далекие друг от друга, и в подавляющем большинстве случаев первый используется последним лишь в качестве красивой игрушки.