Сыч – птица ночная

— А с чего ты решил, что нас должны убить? — неприятно озаботился мнительный брюнет. — Откуда такие предположения?

— Это не предположения, — я с натугой ухмыльнулся. — Это факт. Вы предатели. Чеченам соплеменника продаете. А они враги. Они вас обязательно завалят. Мы вот тоже в свое время связались с ними…

— Не хер было связываться с кем попало, — оборвал меня русый. — Нужно быть разборчивее в знакомствах. А мы не предатели. Мы же не друга-соратника продаем. А наемного убийцу, которому по закону любой страны положена исключительная мера.

Так что сиди и помалкивай…

Через полтора часа непрерывной езды по ухабистой дороге колонна остановилась. Кабинетные вышли из салона, а ко мне тотчас же залезли двое камуфляжных хлопцев и, оставив двери открытыми, сели рядом, положив автоматы на колени.

Снаружи вовсю свирепствовало мглистое утро. Порывы шквального ветра залетали в салон «рафика» и назойливо лезли мне под куртку. Я быстро озяб и попросил своих стражей закрыть дверь.

— Терпи, мужик, — незлобиво буркнул один из них.

 — Нам надо за вождями следить — как махнут, тебя тащить туда. Потерпи — недолго уж…

А вожди в это время о чем-то договаривались с высоким горцем в длинном пальто и папахе. Горец стоял на фоне темно-синего джипа «Ниссан», за ним расположились четверо боевиков с автоматами, которые настороженно озирались и ежилисъ от неуютной погоды. Обзор был ограничен, и я не мог определить, в какой местности мы находимся, но где-то невдалеке шумела река, стремительно мчавшаяся меж скал.

— Терек, — сказал я. — Мы находимся недалеко от Сар-пинского ущелья, верно?

— Тебе какая разница? — удивился один из камуфляжных. — Твое дело теперь… Все, Леха машет. Потащили!

Действительно — кабинетный брюнет обернулся в нашу сторону и помахал рукой. Камуфляжные подхватили меня под мышки и потащили к договаривающимся сторонам.

Пока они меня тащили, я осмотрелся и чуть не присвистнул от удивления. Вот так чудеса! Это что — роковое место для меня? И пусть попробует кто-нибудь после этого сказать, что предопределение — плод выдумки фаталистов!

В пятидесяти метрах от нас шумел Терек.

Противоположный берег его поднимался высоким обрывом, но в обрыве этом имелась весьма пологая промоина, по которой при желании запросто мог проехать хороший импортный внедорожник. А вокруг нас на необъятном пространстве раскинулись заросли дубового леса. В общем, не буду утомлять: это был тот самый брод с казачьего берега на чеченский.