Странник. Книга вторая.

– Ладно, пошли есть, а то кишки сводит, потом закончим разговор.

Пока я заряжался и следил за аурой волков 'Первый' приготовил настоящие шашлыки. Не знаю, в чем он ухитрился их вымочить, но вкус был просто обалденный. После подзарядки и энергетического массажа аппетит был просто зверский, и я набил брюхо под завязку. Отдохнув час после еды, я принял решение, как вести себя с шаком.

– 'Первый', слушай меня внимательно и запоминай. Ты не должен никому рассказывать о том, что ты считаешь меня Эсилдуром.

Я под страхом смерти запрещаю тебе это! Ты меня понял?

– Понял хозяин, – ответил шак.

– А почему ты меня называешь хозяином, а не господином? – поинтересовался я.

– У шаков могут быть только хозяева, господа только у людей.

– Теперь мне понятно, – кивнул я головой.

Солнце перевалило за полдень и пора идти охотится на волков. Я встал на ноги и поправил одежду и обувь. Шак взял свою дубину и тоже поправил амуницию.

– Пошли, – махнул я рукой и, погрузившись в транс, побежал в сторону лежки волков.

Дорога к волчьему логову проходила возле холма по петляющей звериной тропе. Обежав холм вокруг, я окончательно убедился в его искусственном происхождении. На глаза стали попадаться обломки колон, массивные каменные блоки и остатки лестницы, ведущей к вершине. Осмотр развалин я решил оставить на потом, а сейчас разобраться с волками. Тропа все ближе и ближе подводила нас к логову, пора было выбирать позицию для стрельбы, пока волки нас не учуяли. Рядом с тропой росло высокое дерево с кривым стволом, по которому было легко забраться на вершину.

Позиция казалась подходящей и мы с 'Первым' полезли наверх. В это дерево когда-то давно попала молния, и ветки на самой верхушке были срезаны как ножом, образуя плоскую площадку. Панорама отсюда сверху открывалась потрясающая. Огромный девственный лес раскинулся до самого горизонта, переливаясь на солнце всеми оттенками зеленого и голубого цветов. Это зеленое море во многих местах было расцвечено целыми полями цветущих деревьев. Вокруг разносились крики птиц и животных, живущих в кронах деревьев. Внизу эти крики слышны небыли, деревья и кусты своими листьями приглушали этот радостный шум, как вата. Здесь же наверху все звуки разносились далеко и звонко. Над этим великолепием возвышалась крона громадного дерева, окутанного магическим туманом. Этот туман даже вблизи смазывал очертания гиганта и издалека я принял бы его за облако.