Совсем другая любовь (СИ)

 — А что именно не так? Сюда ты прилетел, не спрашивая меня и не думая обо мне! Разве это не эгоизм? А по поводу того, что ты трус… — хмыкнула, неприятно скривив губы. — Почему ты ему не скажешь, что никогда не полюбишь его? Что я твоя единственная?

— Он знает! — в запале Майкл уже кричал в голос. — Он понимает! И ничего не требует!

— В отличие от меня?! — тоже крикнула Селен. — Ты это хотел сказать, да?!

— Да! — рявкнул Майкл. — И, в отличие от тебя, он может меня согреть ночью!

Только договорив, он осознал, что именно и кому сказал.

— Ты любишь его… — прошептала она едва слышно. — Конечно, он же живой…

— Господи, да за что мне все это? — взвыл Майкл. — Я не люблю его! Не люблю, слышишь меня? Я люблю тебя! Одну! Единственную! — он шагнул к Селен, но теперь она отшатнулась от него.

— Тогда прекрати эти встречи! — всхлипнула она. — Неужели, ты не понимаешь, как мне больно?

Майкл схватился за голову.

— Хорошо! — снова взвыл он. — Хорошо, я…

— Вот ты где! — раздался веселый и почти родной уже голос. — От меня прячешься?

— Что? А… нет. Конечно нет, — выдавил Майкл, прикипая взглядом к Джеймсу. Несколько секунд он стоял молча, а затем медленно подошел к нему и осторожно обнял, не решаясь даже повернуть голову в сторону Селен. — Мне нужно знать, — прошептал он, — тебя гложет чувство вины? Перед Валентайном?

— Постоянно, — тихо ответил Джеймс, заключая его в объятия. — Как будто я забываю о нем.

— Поделись секретом, — усмехнулся Майкл, однако вышло совсем невесело. — Как тебе это удалось? Убедить себя?

— Так я не убеждал, — покачал головой Джеймс. — Я просто понял однажды, что жизнь не кончилась, и у меня есть еще желание улыбаться не просто механически. А ты? — он заглянул Майклу в глаза.

— Улыбнись! Что ж ты медлишь? — протянула над самым ухом Селен. — Давай, Майкл, будь хорошим мальчиком, — мурлыкнула она. — Доставь ему радость. А потом скажи, то, что произошло ночью, было ошибкой.

— Нет! — воскликнул Майкл, инстинктивно стиснув Джеймса крепче. — Я не буду делать то, чего не хочу!

Улыбка Джеймса померкла.

— Ну, может, еще захочешь, — протянул он старательно беззаботно. — Извини, я не хотел давить.