Хаски и его учитель белый кот. Том III

Яростно вскрикнув, он из последних сил руками и ногами блокировал закрывающиеся ворота.

— Наставник Хуа!

Пересекшие границу прекрасные костяные бабочки не спешили уходить. Все они собрались на другой стороне и смотрели на него, но Ши Мэй уже не мог ясно разглядеть их лица. Перед глазами сгустился кровавый туман, все закружилось и потемнело.

Осталось восемь… пять… три…

На искаженном болью лице расцвела удовлетворенная улыбка человека, наконец получившего воздаяние[307.3]. Изо рта его капала кровь, от которой его белоснежные зубы стали ярко-красными.

Что мне судьба, законы Неба и Земли, люди и демоны, боги и призраки, которые хотят помешать мне вернуться домой и свести на нет все мои усилия…

Не вернуться… не победить…

Сердце твердо как железо.

И это упрямство не сломить.

Остался… один…

— Беги…

Ши Мэй снисходительно рассмеялся. Не говорите мне, что поденка не может расшатать дерево. Закалив сердце, и муравьи могут прорыть ход в камне и обрушить дамбу.

Разве в конце концов он не смог сделать все это?

Бах!

С гулким грохотом врата в Царство Демонов захлопнулись.

Отвратительно до жути.

Это хруст моего раздробленного черепа?

Или эхо того звука, который я слышал в детстве, когда отец сломал шею моей матери…

— Образцовый наставник Хуа! Наставник! — скорбные вопли прекрасных костяных бабочек оборвались, заблокированные в другом мире захлопнувшимися демоническими вратами.

Створки Врат Мученичества обагрились кровью, вниз упали обрубленные конечности Хуа Биньаня… но тут же ударила огромная волна и состоящая из миллионов костей Дорога Мученичества была навеки смыта с лица земли.

Когда волна схлынула, демонические врата исчезли.

В одно мгновение кирпич и черепица Зала Даньсинь были поглощены волнами, Пагода Тунтянь пала, Павильон Алого Лотоса скрылся под водой, и только лишь горные вершины Пика Сышэн все еще возвышались посреди безбрежного океана.

Чу Ваньнин закашлялся, пытаясь вытолкнуть попавшую в легкие воду. Несколько раз он пытался призвать Хуайшу, однако из-за того, что его духовная сила еще не восстановилась, его попытки не увенчались успехом.

Пытаясь удержаться на плаву, Чу Ваньнин вцепился в кусок коряги, но еще одна гигантская волна ударила его в грудь, утянув еще глубже в морскую пучину.