Хаски и его учитель белый кот. Том III

Было слышно, как несколько раз прострекотали цикады, а неугомонные лягушки квакали в пруду не умолкая.

Вглядываясь в слегка расширившиеся от удивления глаза феникса, Тасянь-Цзюнь находил их все более интересными и забавными.

— Все равно нечем заняться, чтобы скоротать время, почему бы нам не поиграть в одну игру? — наконец сказал он.

Прежде чем Чу Ваньнин успел отказаться, он приложил палец к его губам:

— Тсс, дослушай этого достопочтенного.

— …"

"— Заключим пари. Подождем, пока этот достопочтенный досчитает до десяти. Если в конце счета первой заквакает лягушка, ты проиграешь и должен будешь приготовить и принести этому достопочтенному кувшин со сливовым морсом[291.6]. А если первой застрекочет цикада, тогда этот достопочтенный проиграл, а значит этот достопочтенный… спускаясь с горы, возьмет тебя с собой развеяться и отдохнуть.

Возможность спуститься с горы и правда была слишком большим искушением. Изначально Чу Ваньнин не собирался обращать внимания на его выходки, но, находясь с ним рядом с утра до вечера, Тасянь-Цзюнь давно уже обнаружил, где его слабые места и знал, на что надавить, чтобы получить свое. Конечно, от такого предложения он просто не мог отказаться.

Блистающий талантами красавец засмеялся:

— Ну что, тогда начинаем? Раз, два, три…

Низкий и глубокий голос плавно и медленно струился, ведя счет.

— Во-о-осемь, д-е-е-е-евять… — с каждой озвученной цифрой, император все больше растягивал звуки. Под конец жульничество этого негодяя стало настолько очевидным, что Чу Ваньнин не выдержал и, обернувшись, смерил Тасянь-Цзюня холодным взглядом.

Тасянь-Цзюнь был действительно наглым малым.