Хаски и его учитель белый кот. Том III

— Такое ароматное?

— Ага… Ха-ха, скорее сделайте глоточек и посмотрите, какой у него вкус."

"Чу Ваньнин отпил немного. Хотя вино оказалось довольно крепким, вкус был мягким, чистым и насыщенным. Губы и горло тут же наполнились одуряюще душистым ароматом. Не удержавшись, Чу Ваньнин сделал еще глоток.

— И правда недурно, а как называется это вино?

Мо Жань расплылся в улыбке:

— Оно называется «Белые Цветы Груши».

Впервые в жизни отведав спиртное, Чу Ваньнин зачарованно повторил:

— «Белые Цветы Груши»… надо же, отличное название.

Мо Жань обрадовался:

— Учитель, если вам нравится, просто подождите, пока я смогу брать задания. Как только я начну зарабатывать, каждый день буду покупать Учителю вино.

Чу Ваньнин снова сделал глоток и, искоса взглянув на него, все с тем же пресным выражением лица ответил:

— Тогда, боюсь, ты за всю жизнь ничего не накопишь.

И тут же услышал искренний смех Мо Жаня:

— А мне и незачем копить. Все, что я заработаю, пойдет на покупку подарков Учителю, дяде и тете.

Чу Ваньнин не сказал ни слова, но в этот момент он почувствовал, как что-то скрытое глубоко в его сердце вдруг треснуло, и через эту маленькую трещинку наружу просочилась тонкая ниточка сладкого желания.

Слушая бесконечную болтовню своего недавно обретенного младшего ученика, к собственному удивлению Чу Ваньнин должен был признать, что его холодная отчужденность, больше не была непреодолимой стеной, что надежно защищала его ото всех людей.

Пожалуй, он и правда дурак.

Тем временем Мо Жань, который как раз прикидывал в уме, какие еще подношения помогут ему завоевать сердце этого строгого отца-наставника, решился спросить:

— Учитель, вам нравится цветочный торт с османтусом?

— Да.

— А песочное печенье в виде цветов лотоса?

— Да.

— А клейкий рис с приготовленными на пару с корнями лотоса?

— Да.

С каждым его ответом ямочки на щеках Мо Жаня становились все глубже и милее. Со смехом он подытожил:

— Учитель и правда любит все сладкое.

На этот раз Чу Ваньнин не стал говорить «да», вероятно, вовремя сообразив, что тяга к сладостям как-то не слишком вяжется с его образом холодного аскета.