Солдат - всегда солдат

Вылезать под льющуюся воду не было никакого желания. Но идти было нужно. Продрав глаза, Димка покосился в сторону выхода из своего убежища и привычным жестом схватился за автомат. Прямо в проходе, задумчиво глядя на струи дождя, сидел огромный, лохматый пёс. Услышав шевеление в глубине магазина, пес не спеша, с достоинством повернул свою широкую, безухую башку и, выразительно покосившись на парня, едва слышно вздохнул.

Пришедший в себя Димка смог только растерянно охнуть, сообразив, что это за зверь.

— Султаша, ты как меня нашёл, морда безухая?! — радостно спросил Димка, пробираясь к выходу.

Огромный кобель только чуть шевельнул пышным хвостом, не сводя с парня внимательного, настороженного взгляда. Этот пёс был вожаком охранной своры, которую держали при арсенале. Самый большой и лучше всех натасканный на охрану. Говорили, что этот пёс умудрился в одиночку положить пятерых нарушителей, однажды пробравшихся на территорию арсенала. Правда это или досужие слухи, никто не из солдат толком не знал, но Димка склонен был им верить.

Ростом по пояс среднему мужчине, с грудью шире бычьей, квадратной, смахивающей на медвежью башкой, и мощными, крепкими лапами, он никогда не лаял и не рвался с цепи. Пёс словно точно знал, когда можно атаковать, а когда нужно просто дождаться подходящего момента. Хотя Димке иногда казалось, что цепь, на которую по ночам сажали пса, не больше чем профанация. Огромному кабелю ничего не стоило просто порвать её. Что и вышло, как выяснилось.

Подойдя к собаке, парень с мрачным удовлетворением рассмотрел обрывок цепи сантиметров тридцати в длину, беспомощно болтавшийся на петле широкого ошейника. Быстро осмотрев собаку, Димка убедился, что с ней всё в порядке, и, сняв обрывок цепи, задумчиво погладил безухую башку.

— Чего нам теперь делать-то, приятель?

Вместо ответа кобель прижался широким лбом к бедру парня и, слегка подтолкнув его, тихо вздохнул, всем своим видом показывая, мол, спишь тут без задних ног, а я тебя сторожить должен.

"Тяжёлые капли тут же звучно забарабанили по дождевику, заставив его сильнее вслушиваться в окружающую обстановку.